Капитан «Неуловимого»

Изменения начались при встрече с группой окруженцев, с которыми я в прошлый раз выходил к своим; среди них ещё был генерал, замаскированный под капитана-артиллериста. В этот раз я вышел к ним в своей военно-морской форме, представился, пояснил, что курирую группы осназа, и, проведя их через кордоны, подарил им самолёт, трофейный транспортный «юнкерс». В группе были лётчики с майором во главе, те самые, из дальней бомбардировочной. Все набились в салон – еле места хватило – и улетели.

А я пристроился к немецкой колонне и метнулся к тем складам, где на хранении стояли Т-28.

На все дела у меня ушёл месяц. Хранилище заполнено на девяносто восемь процентов, причём всё это время я продолжал его качать, оно уже пять с половиной тысяч кубов вмещало. Трофеев набрал больше, чем в прошлый раз, да и немцев пограбил изрядно. Продовольствием Хранилище заполнено на шестьдесят процентов – чуть меньше, чем я планировал, но этого хватит, чтобы пару лет кормить Ленинград в блокаде, так что нормально запасся.

Танки со складов также убрал в Хранилище. Мне лично Т-28 очень нравились, несмотря на многие их недостатки вроде слабой брони: против пехоты лучше ничего нет. Я опустошил и пакгаузы, забрав запчасти к танкам, снаряды и запасы топлива.

Отошёл от опустошённых складов и достал самолёт – немецкий «шторьх» встал рядом. Вслед за самолётом достал и пилота, немца. Я взял его в плен для того, чтобы он возил меня: сам-то пилотировать я не умел и учиться не собирался, как-то не моё.

Вот и в этот раз немец устроился в кресле пилота, а я сел за ним, держа пистолет в руке. Последовал взлёт, и мы полетели на максимальную дальность в сторону границы. До Буга долетим, но не дальше: топлива не хватит, да и светать начнёт, время уже два часа ночи. Но мне нужно было перебраться в Германию.

Чтобы немного отвлечься, поинтересовался у пилота:

– Лейтенант, ты как, есть хочешь?

– Да, хочу.

В плен он попал две недели назад и почти всё это время находился в Хранилище. Вообще, время, проведённое в Хранилище, для него мгновения, а вот во время полётов на Украину, туда и обратно, да с дозаправками, немец находился вне его, и получается, что он почти сутки не ел.