Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

Одиннадцатый иап, – прочитал я документы вслух.

Самолет на вид был исправен, хотя потеки масла на моторе и дыры в кабине и на плоскостях навевали нехорошие мысли.

Сделав отметку на карте, мы сели в машину и поехали дальше. Город объехали – все подъезды к нему оказались забиты беженцами, и нам пришлось двигаться дальше по проселочной дороге, где было посвободней. Сержанты строго исполняли мой приказ и в пять пар глаз следили за небом, а при любой опасности стучали по кабине. Но как бы то ни было, к трем часам дня мы подъезжали к расположению полка.

Остановившись у часового с синими петлицами, я спросил, старясь перекричать порыкивание грузовика:

– Где семнадцатый бап расположился?

Боец молча показал рукой направление, с интересом разглядывая нас.

– Погнали. Вон туда, где разлапистое дерево, – велел я ефрейтору, а сам при этом с любопытством разглядывал два десятка «чаек», замаскированных на опушке маленького леса.

– Не одни мы тут.

– Что, товарищ старший сержант?

– Я говорю, вон СБ стоит, видишь механиков рядом? Вот езжай к ним, наверняка наши.

Первое, что я услышал, когда вылез из остановившейся машины, было:

– …да я тебе эту железку в жо…у засуну! Ты что мне принес?

Хмыкнув, я тихо сказал:

– Вот я и дома.

Посмотрев на подходившего ко мне техника-лейтенанта, отдав честь, спросил:

– Товарищ лейтенант, не подскажите где находится штаб семнадцатого бомбардировочного полка?

– Знаю.

Доложив ему, кто я и откуда, получил указание, как добраться до нашего полка. Сам лейтенант был не из «наших», а из соседнего, истребительного.

– Малютов, машину отгони вот под то дерево и жди указаний. Товарищи сержанты, подхватываем вещи, и за мной.

Дождавшись, когда они построятся с чемоданами в руках, направился к штабу, расположившемуся в одном из уцелевших домиков пионерского лагеря.

И первым, кого я увидел, был Никифоров, с доброй улыбкой ожидавший меня у входа в штаб.

«Явно доложить успели», – подумал я и вздохнул.

– Товарищи сержанты, подождите, скоро начштаба полка освободится, а вас, товарищ старший сержант, я попрошу проследовать в мой кабинет.

– Суворов, на уколы, – крикнула из коридора санитарка тетя Вера.

– Иди, бедолага, – захохотал Сашка Турнин, летчик с разведсамолета, лежавший вместе со мной в палате.