Феномен

Часто на месте расстрелов оставались следы, характерные для егерей ягд-команд, даже оторванный шеврон одной из команд нашли. Грубая импровизация. Ягд-команды работают только по своим тылам против партизан и наших диверсионных групп. В нашем тылу немцы работают в нашей форме. Знаете, что самое интересное? Все убитые так или иначе были связаны с вами, кроме двоих, что погибли ранее. Про Маринина и не говорю: то, что между вами вражда, вы оба особо и не скрывали. Я выяснил, что он вам в прицел случайно попал, должен был быть в другом месте.

– Не надо на меня вешать чужие трупы. Я из Горького сразу отправился на Чёрное море.

– Хохму с Севером мне уже доложили. Знаете, я только что прилетел из Горького, когда мне сообщили, что вас доставили в столицу. Там скандал был. Один фронтовик опознал на местном лесничем пятнистую куртку немецкого егеря. Потянули за ниточку и дошли до торговца на рынке, а он по фотографии опознал вас как продавца. Какое совпадение, правда?

– Действительно, совпадение, – легко согласился я.

 – На рынке был и куртку продал, не отрицаю. Только я в этом случае как посредник выступал, продавал чужое. Это трофеи одного из командиров, который в госпитале лежал. Деньги ему потребовались, вот и оказал я ему услугу. Я же покинул завод почти голым, где мне держать подобное снаряжение?

– Да, это тоже вызывало недоумение. Я же думаю, что кто-то доставил вам эти вещи, вы ведь известный трофейщик.

– Политуправление постоянно ругается, – пожал я плечами.

– И то, что вы пропускаете их нотации мимо ушей, мне тоже известно.

– И всё же не стоит чужие трупы на меня вешать.

– Дела с этими убийствами уже закрыли, по приказу сверху. Хотя я бы смог привязать вас к ним. Ладно, забудем это. Хотя вы лично мне сильно перестали нравиться после этих убийств.

– Я тут ни при чём, – спокойно, ровным голосом повторил я.

– Я же сказал, забудем. Теперь по дезертирству, которое на вас висит. Это уже статья, и серьёзная.

Вас уже заочно осудили по этой статье и вынесли приговор – штрафбат. Будете искуплять кровью. И это не фиктивный суд.

– Гражданского? Спокойно, – чуть громче сказал я, доставая из нагрудного кармана бумагу (точнее, делая вид, что достаю из кармана, а на деле – из хранилища). – Видите эту бумагу? Руки прочь, я разверну, так изучайте. После суда, фиктивного, как вы его назвали, я потребовал выдать мне копию решения суда, но мою просьбу проигнорировали.