Бродяга

Пока гаишник подходил, я подготовил документы, однако неожиданно за ручку пассажирской двери подёргали. Ага, щаз-з, она у меня закрыта. В окошке показалось знакомое лицо оперативника из ФСБ, который вскочил на подножку и показал рукой, чтобы я открыл дверь. Пришлось дотянуться и открывать.

– И куда это вы собрались, Борис Геннадьевич? – Отряхивая плащ, он забрался в кабину и сел на сиденье.

Ничего, не намочит, оно из дерматина, тем более сверху плёнка была. Как с завода пригнали грузовик, её так и не снимали, вот и я не стал.

Пока причин не видел. На моём не было, мне хватало.

– А что, я должен держать ответ? – удивился я, убирая документы под козырёк, после чего прибавил подачу тёплого воздуха на лобовое стекло, а то потело. У меня печка работала, вон я в одном свитере с высоким воротником сидел.

– Просто интересно стало, куда так внезапно поехал смертельно больной участник одного секретного проекта. Вам ведь не больше полугода дают?

– Меньше, уже четыре месяца, – хмуро бросил я.

 – Вы мне что, и помереть спокойно не дадите?

– И всё же?

– Я в Белоруссию еду к своему старому знакомому. Там умру, и там меня похоронят. Эта техника будет подарком от меня, тот тоже охотник-любитель, оценит. Дайте мне уже спокойно помереть, в конце концов.

– Конечный маршрут движения? – достаточно холодно уточнил тот.

– Под Гомелем он живёт. В тридцати километрах.

– Вы ему как-то сообщали о своём приезде?

– Нет, а зачем?

– Мне нужны данные человека, к которому вы едете.

– Хорошо, – пожал я плечами, хотя мне вся эта ситуация ой как не нравилась!

Оперативник записал адрес и данные охотника, кстати, существующего в действительности, только мы никогда не виделись, общались на форуме охотников-любителей, и покинул кабину. Я же запер дверцу и, включив поворотники, выехал на трассу, покатив дальше.

К вечеру, свернув к заправке и залив оба бака под пробку, я загнал грузовик на стоянку у мотеля и, сняв номер, после душа устроился на кровати отдохнуть.

Очень нужно было. Неприятно ощущать себя старой развалиной с посаженным сердцем. Прохладненько тут было, пришлось включить масляный радиатор. Согревшись, я оделся и, выйдя на улицу, осмотрел свою технику. Изучив узлы на тенте прицепа, усмехнулся: это не мой узел был, я так не вяжу. Понятно, почему остановили. Нужно было что-то сунуть в кузов. Открыв тент, я забрался в прицеп и, подсвечивая фонариком, стал всё осматривать. Нет, так с ходу не найдёшь.