Конфедерат. Ветер с Юга

Знать, что родные с детства места отрекаются от собственной страны… и не иметь возможности помешать незамедлительно. Единственное, что нам может удаться – оторвать от Кентукки восточные области. По примеру Виргинии. Но лишь если примем ту самую резолюцию о целях войны. Она уже готова, представитель Кентукки Джон Криттенден готов предложить ее Конгрессу, как только мы ему это разрешим.

– Что она даст США, каковы выгоды? – деловито поинтересовался Бэйтс, по обыкновению своему подходивший к любым вопросам как прагматик.

 – Не станет ли лекарство хуже болезни?

– Не станет, – вновь твердо, без тени сомнений ответил Линкольн. – Мы умиротворим два рабовладельческих штата. Особенно Мэриленд, который вокруг нас. Это для начала. И главное – посеем сомнения в головах некоторых южан. В политике все средства хороши. Пусть мнят, что мы не покушаемся на основы их мира… пока он не рухнет вместе с этими застрявшими в прошлом людьми.

– Поддерживаю, – каркнул министр финансов Чейз.

– Если у нас нет другого выхода…

– Нет, Гэмлин.

Выхода действительно нет, – покачал головой госсекретарь. – Иначе я бы не согласился.

Глава министерства внутренних дел лишь что-то пробурчал, способное при нужде сойти за согласие. И лишь Бэйтс был настроен довольно скептически.

– Принимать резолюцию, про которую заранее известно, что она не будет выполнена. Опасно! Я поддержу, но это может больно ударить по нам. Всем нам.

Но слова генерального прокурора были хоть и услышаны, но не восприняты серьезно.

Судьба будущей резолюции уже была решена. Ведь Конгресс – это лишь видимость власти, что и неудивительно. Особенно учитывая тот факт, что даже президент не мог считать себя вольным в принимаемых им решениях.

Глава 1

КША, штат Виргиния, Ричмонд, август-сентябрь 1861 года

Став столицей Конфедерации, Ричмонд заметно преобразился. Если раньше это был все же скорее промышленный центр, то теперь город стал средоточием еще и светской жизни. Да, именно так, ведь, в отличие от США, Конфедерация была куда более развита в культурном плане.

Разумеется, до европейских столиц и просто крупных городов Ричмонду было расти и расти, но сама тенденция не могла не радовать.

А ведь с момента сражения при Булл-Ране прошло всего ничего! Вот только время, как говаривал ещё не родившийся старик Эйнштейн, понятие крайне относительное.

Правильно, кстати, говорил. Потому как событий за сей отрезок времени произошло немало.