Изгория. Часть первая

И когда змея повернула, ребята машинально стали двигаться за ней. Змея подползла к водоему и опустила в воду свой тройной, длинный язык.

– Смотрите, пьет, – шепотом произнес Ванька.

– Тише, тише, сказала девочка.

Змея приподняла свою голову и загнула ее назад.

– По-моему она нас заметила, – попятился назад Димка.

– Откуда знаешь, что это она? – пытался шутить Ванька, чтоб сбить страх.

Но страх сбить не получилось, после того, как сзади туловища змеи выскочили четырнадцать голов и подняли рев. Головы по размерам разные, как и их голоса, но у всех была, тонкая шея.

– Вы что! – разве можно появляться, когда Ония ушла.

– Ты же нам ничего не сказал! – взорвался Ванька.

– Ой палмо, мое палмо, – застучал себе по лысой голове Стисфинс.

Этот ход разрядил обстановку. Будь они в другом духе, разразился бы смех.

– Ох, палмо, мое полмо.

– Да хватит тебе, башку отшибешь. Лучше скажи, что это за змея?

– О, это могучий щелар. Лучше с ним не встречаться.

– Это понятно. Сожрет в два счета. Ням, ням, съест, понял?

– Он питается только толой.

– Водой?

– Что?

– Ну, по – нашему, это называется вода? Понятно?

– Да.

– Что-то не верится, особенно тогда когда у него из задницы выскочили, черт знает сколько голов.

– Откуда?

– Вань перестань. Пойми, наконец, ты в другом мире, и твоя пошлость здесь не к чему.

– Начинается воспитательный процесс. И ты пойми, наш разговор ему до фени.

– Вы когда-нибудь прекратите ссориться?

– Я вообще буду молчать, сами все расспрашивайте. Вы воспитанные. Посмотрим, как вы выживете. Ну, что, давай спрашивай.

Девочка подвинулась к Стисфинсу вплотную и, применяя, жестикуляцию рук, спросила:

– Головы, их было много. Они сильно все кричали.

– Он всех так пугает, чтоб не приближались к нему. До него нельзя дотрагиваться, это ему навредит.

– Почему.

– Не знаю.

– А почему он ночью, что дня не хватает, – нарушил молчание Ванька. – Но в это время когда Ония, появляться.

– Ония убьет его.

– Как это?

– Он исчезнет.

– Значит, он боится света.

– Что.

– Ничего, проехали. Ладно, давай спать, завтра будем искать выход.

– Вы уходите. Меня с собой не возьмете?

– Нет. Мы сами не знаем, что с нами будет.

У Стисфинса по щеке пробежала слеза. Он прилег и отвернулся к стене.