Леди Кровавой Луны, или Охота за магическим даром

– Ну что вы, леди, – я небрежно обмахнула себя веером. – И это говорят мне те, о чьей красоте вот уже несколько месяцев ходят хвалебные речи? Ваш юбилей, признаться, затмил мой скромный праздник.

Алетрис обвела зал придирчивым взором. И явно не могла найти несоответствие торжественному случаю. Все же виконты постарались на славу.

– Я думала, вы пригласите наш в свой дом.

– Семья Арабеллы сочла за честь выступить в качестве хозяев.

– Виконты Диваччи имеют золотое сердце, – пропела Розари.

Я невольно бросила веер, отчего он повис на шнуре, да дотронулась до левой руки, где под шелком слегка прижигал узор.

Метка в первый раз в жизни давала о себе знать. Это жжение началось с первыми лучами солнца, усилившись, когда наступили сумерки. Сейчас, когда на небосводе властвовала луна, начинающая набирать кровавый оттенок (но в полной мере она блеснет рубиновым блеском лишь во время Императорского бала), жжение становилось все ярче.

А спросить сестер Гинир о том, как должна метка реагировать на лунный свет, язык бы не повернулся. Только не их.

– Поверье? – признаться, я не совсем понимала, о чем она говорит.

– Ах, неужели ты не в курсе? – в ужасе округлила глаза блондинка в желтом.

– Полно, Стефания, не стоит так шутить! – подключилась та, что шуршала красной парчой.

– Может, вы просветите меня?

Близняшки переглянулись.

– Ну как же? Согласно заведенной традиции в час, когда луна наберет силу, будущая дейстисэя должна пасть на колени в фамильной часовне, да воздать хвалебную речь Бриалу. И попросить его быть благосклонным, напитав магический узор нужными силами.

Я невольно вкинула бровь.

В первый раз слышала о подобном.

Не разыгрывают ли меня маркизы?

Взгляд сам метнулся к бесстыдно выставленным на всеобщее обозрение браслетам.

У каждой из сестер витая нить, опоясывающая руку, слегка отличалась. Но оно и понятно, метки не имели идентичных черт. Каждая дейстисэя рождалась с уникальным рисунком. И сейчас я заметила, что у Трис, к примеру, узор больше напоминал ежа, с рубленными чертами, тогда как у Розы он ластился к коже, как веточка.

Моя же метка… беспорядочная и хаотичная. Как огонь.