Безымянный. Антимаг-1

В прошлый раз, когда мы пересекали эти болота, всё было по-другому. Было время на подготовку, погода стояла сухая, разведчики обшарили топи вдоль и поперёк. Теперь же уровень воды поднялся, старых бродов мы не нашли.

Мы вломились, как пьяный папаша в сени после трактира, и здорово поплатились за это. Дождь лил как из ведра, твёрдой земли почти не осталось, да и ту твёрдой я так назвал, по привычке. Местами нужно было плыть по полчаса. Доспехи и оружие пришлось оставить на одном острове, потом их через девять декад забрали.

Много тогда людей утонуло в воде и в болотной жиже. Для меня это самая страшная смерть, лучше уж мечом в брюхо. Когда мы уже почти дошли, разразилась такая буря, что мама не горюй. Словом, выбрались мы с тех болот мокрые, полуживые, ободранные и безоружные. Не армия, а толпа голодранцев.

Назад, на имперскую землю, вернулись меньше восьми тысяч легионеров, восемьсот человек сопровождающих и двадцать один Страж. До восточного побережья мы так и не добрались. Что дальше было, сами знаете.

Вот вам и весь рассказ.

Глава 5.

Дорога стала получше и я перебрался на своего коня. Два легионера в телеге бросили играть в карты и делились воспоминаниями о прошлых кампаниях. Сержант изредка вставлял саркастические фразы. Я размышлял о его рассказе. Умник беспокойно шевелился внутри, как голодная собака, почуявшая запах мяса. Новая информация всегда возбуждала его.

Стоило чуть прикрыть глаза, отодвинуть своё собственное Я, и вот он – Образ Умника. Мир сразу превратился в огромное дерево с логическими ветвями-цепочками и плодами-фактами на них.

Новые ветви стали вырастать со скоростью света, переплетаясь со старыми и рождая новые плоды. Всего пару десятков секунд и я остановил Умника, не желая больше нагружать свой разум. Он ушёл, оставив в моей голове интересные выводы и боль. Я невольно поморщился и потёр пальцами ноющие виски. Всегда так.

Лекарь пришёл почти незваным, наполнив сознание своим недовольством. Он очень не любил когда телу наносили какой-то вред.

Вскоре боль сменилась лёгкой расслабленностью, от контраста у меня даже повысилось настроение.

Этим летом вернулся из командировки мой бывший однокашник, Рикос Вередел. Как то в одной из припортовых таверн Крайканы, будучи сильно выпившим, он полушепотом, путая слова и икая, рассказал куда ездил.

В трёхстах милях от столицы, в уединённой и крепко охраняемой долине, организовали ферму. Три года назад туда завезли полсотни телят странной, невиданной породы.