Как охмурить Купидона

Поскольку здесь была собран такой широкий ассортимент товаров, что невольно теряешься.

Ведьмина лавка, да?.. Очаровательное определение для магазина в двадцать первом веке.

Кажется, я перечитала фэнтези книжек.

Но дух старины, да и удачно сработавшие ходы маркетологов вкупе с очаровательным интерьером действительно чем-то напоминали помещение, где колдунья хранит наиболее ценные зелья, да пучки трав.

Травы, кстати, здесь были. Рассыпанные по банкам, да подписанные красивыми названиями типа «Апельсиновый закат», «Розовый поцелуй» и «Шангри-Ла».

А баночки с порошками – лишь безобидные аналоги аптечных аспирина, мелиссы, и, видимо, виагры.

Оля захотела выделиться, да преподнести своему спортсмену какую-то особую штучку, а лучшего места, чтобы удивить, чем это «Ведьмино место», и придумать нельзя.

Мне же было любопытно, что вообще может предложить магазинчик, будущий на слуху в нашем университете.

Двинулась от стеллажа со шкатулками дальше, в раздел бижутерии.

Может, сережки взять?.. Или колечко? На них денег хватить должно. А так я порадую себя подарком. Любить себя тоже нужно. Если не находится претендентов с валентинками.

Перебрала блестящие украшения, пока не прикипела взглядом к изящному серебряному браслету, по всей поверхности которого шли письмена в стиле «Властелина колец» – что-то неуловимо эльфийское, изящное и запоминающееся.

Причем, в отличие от другой бижутерии, именно на браслете ценника не оказалось.

Пришлось брать его, да идти к продавцу спрашивать, сколько стоит это чудо.

Заметив меня, держащей серебряную полоску, старик в выглаженной клетчатой рубахе хитро прищурил выцветшие от времени глаза.

– Как интересно… Вы выбрали себе этот браслет?

– Он мне понравился. Только я не нашла ценника, – протянула ему вещицу, однако мужчина отказался брать, покачав отрицательно головой.

– Не нужно, держите его в собственных руках.

– Я… хотела бы сначала узнать его стоимость. Если окажется не по карману, посмотрю еще.

– Две сотни, милая барышня.

– Двести рублей? – не могла поверить своему счастью.

– Все верно. Две сотни, как олицетворение двух сердец.