Запертый в ловушке

Что-то не то было во всей этой картине, но я не мог понять что, и от этого ощущение тревоги усиливалось.

– Не помешаю?

Я и не слышал, как подошла Катя. Подошла и встала рядом.

Она слегка касалась меня плечом, и ощущение определенно не было неприятным. На душе стало светлее – пусть бы она подольше не уходила. Вот только я не знал, о чем с ней говорить. Банальные вопросы задавать не хотелось, а умные в голову не приходили.

– Тебе грустно, – проницательно заметила она. – Мне тоже.

– Почему?

– Потому что у меня никого нет.

В ее голосе прозвучала такая жгучая, бесконечная тоска, что я сразу понял: она не кокетничает, как это часто делают девчонки. Эти слова Катя произнесла не для того, чтобы я принялся ее разубеждать. Она просто констатировала факт, и от безнадеги в ее голосе у меня по коже побежали мурашки.

Я повернулся к ней и неловко хмыкнул, окончательно смешавшись, не представляя, что на это ответить. Катя не смотрела в мою сторону.

– Тебя что, парень бросил?

«Вот дурак! Нашел что сказать! Сейчас она пошлет меня к черту, чтоб не лез не в свое дело, и будет права».

Но Катя не стала меня посылать.

Вместо этого поглядела мне в глаза, улыбнулась и спросила:

– Хочешь меня поцеловать?

– Что?

– Ты симпатичный, – сказала она. – И вроде не глупый. Слышал же, что я сказала. Или повторить?

Вот так поворот, мелькнуло в голове. Но рассуждать и тянуть время в такой ситуации означает выглядеть полным шизиком.

Я склонился к ней и прикоснулся к ее губам. Они оказались мягкими и податливыми. Обняв Катю, я прижал ее к себе, и она не отстранилась, наоборот – прильнула жадно, обвила мою шею руками, как будто боялась, что я могу убежать.

Целовать Катю оказалось приятнее, чем Нелю. У той были тонкие, сухие и оттого немного колючие губы. Она постоянно обкусывала их, когда нервничала, а нервничала она часто. К тому же она часто красила губы помадой, которая на вкус напоминала растительный спред.

У Кати губы были свежие, полные, упругие. А пахло от нее чем-то знакомым и дурманящим: садовыми ирисами, сладкой карамелькой, осенними листьями…

«Листья! Почему они пожелтели?» – сверкнуло в голове, и я резко отстранился от Кати, пораженный этой мыслью. Посмотрел в окно, но мы ехали мимо поля, и деревьев не было видно. На тех, которые попадались, все листья были зеленые, как и положено летом.