Запертый в ловушке

Когда женщина вышла, Костя сказал:

– Надо же, какие мы нервные! – И засмеялся. Его, видимо, ничто не могло выбить из колеи и лишить оптимизма. Интересно, что это – недалекость ума или высшая степень мудрости?

Я пожал плечами.

– Думаешь, ты тут один такой? – по-прежнему не глядя в нашу сторону, сказал «Расимов». – Все со своими претензиями лезут. Один спросит, другой… Язык, небось, на плече за целый день.

– Работа у нее такая, – не смутившись, ответил Костя. – Как говорится, кто на что учился.

– Балабол, – усмехнулся «Расимов». – А ты на что?

– По диплому инженер. А по жизни – менеджер по продажам.

– Продавец, значит. И чем торгуешь?

– Бытовой техникой.

Надо же, получается, Костя старше меня: отучился, работает. Правильно говорят, маленькая собака до старости щенок.

– Я вот недавно телевизор купил, – оживился «Расимов». – С большим экраном. Давно такой хотел. Включил – там картинка приплюснутая!

Костя принялся объяснить, что нужно изменить в настройках.

Мне стало скучно, и я уже не слушал. Вытащил мобильник и увидел, что пришла смс-ка. Абонент появился в сети. Значит, у матери отобразился мой пропущенный вызов. Чего же не перезванивает?

Я встал и вышел в коридор, на ходу набирая ее номер.

Гудки потекли мне в ухо, но ответа не было. Характер выдерживает, не желает говорить или не слышит?

– Да, Федя, – раздался, наконец, настороженный голос. Слышно было не очень хорошо. – Ты как?

– Еду, – сказал я.

– Попутчики нормальные?

– Нормальные.

Парень молодой и еще мужик один.

Интересно, сколько «Расимову» лет? Кажется, больше сорока, но меньше пятидесяти.

Мать молчала, я тоже.

– Не волнуйся. Все отлично. Завтра позвоню.

– Хорошо, – голос звучал с непривычным смирением и грустью.

Похоже, до сознания матери, наконец, дошел факт моего отъезда, и она покорилась неизбежному. Больше не воюет, приняла свое поражение. Вот только у меня вместо радости возникло чувство, что чего-то не хватает.

Вражеская армия подняла белый флаг, и тут оказалось, что размахивать победными знаменами хочется вовсе не так, как раньше.

– Мам, ты что, приходила на вокзал? – спросил я и понял, что мне ее жалко.

В трубке загудело, заскрежетало, и я отодвинул мобильник подальше от уха. Мимо прошла женщина в пестром халате и домашних тапочках. Некоторые люди сходу начинают обживаться. Наверняка на столике ее купе уже красуется жареная курица и яйца с огурцами.