Прорыв «Зверобоев». На острие танковых ударов

Сейчас, когда самоходно-артиллерийских установок стало больше (а сколько было потеряно в боях!), командирами машин ставили зачастую молодых выпускников училищ, выбирая по возможности лучших.

Оказывается, Никита Кузнецов, родом из города Чусовой, после семи классов работал полтора года на военном заводе в Челябинске. Закончил танковое училище, а затем пятимесячные курсы усовершенствования комсостава бронетанковых войск.

– Сколько же тебя натаскивали? – удивился Авдеев.

– Одиннадцать с половиной месяцев.

– Да ты академик, а не командир. Небось, все науки постиг?

Никита растерянно улыбнулся и развел руками.

– Так получилось.

– Боевые стрельбы проходили?

– В училище так-сяк. А на курсах, перед окончанием, шесть раз по мишеням стрелял. Больше на теорию налегали.

– В цель-то хоть попал?

– На «хорошо» отстрелялся.

– Ну, все! Плакали «тигры».

Вернулся с полными котелками, вещмешком и несколькими фляжками сержант Вася Манихин, который брал в помощь стрелка-радиста Лешу Савина.

– В честь прорыва шрапнель с тушенкой сварили, пропади она пропадом, – ругнулся заряжающий.

Как и большинство в армии, он терпеть не мог перловку, которой пичкали чаще всего. Правда, в придачу к перловке выдали сало, компенсацию за обед. Водки Манихин выбил двойную порцию. Долго и сварливо спорил, что вчера водку не выдавали, и своего добился.

– Чего, по двести граммов много, что ли? Сало, хлеб, консервы трофейные имеются. Прочитай, Лешка, что там написано.

Грамотный стрелок-радист, шевеля пухлыми мальчишескими губами, сказал, что в банках тунец и сосиски.

– Сосиски мы и без тебя видим, – вскрывая банку ножом, заметил механик Колесник.

В самый торжественный момент, когда разлили по кружкам водку, а новый экипаж лейтенанта Кузнецова пускал слюни, глядя на такое изобилие, явился посыльный от Болотова. Вежливо козырнув, сообщил:

– Вас, товарищ старший лейтенант, комбат на ужин приглашают.

– У нас свой ужин, не хуже, – заявил Матвей Колесник. – Друзей погибших поминаем.

– Конечно, – растерялся посыльный. – Только товарищ комбат очень ждут, картошки с мясом нажарили.

– За что такое высокое приглашение? – не отставал от парня Колесник. – Вы герои, вам картошка с мясом положена, а мы шрапнелью обойдемся.

Зловредный механик не мог простить Болотову пренебрежения к своему командиру и экипажу.

– Ладно, хватит человека мурыжить, – вмешался Чистяков.