«Братская могила экипажа». Самоходки в операции «Багратион»

Бакулин оглядел мелкого ростом невзрачного младшего лейтенанта в прожженном комбинезоне.

– Ну, положим, «штугу» другой экипаж уничтожил. Кажется, мой. Или не так?

Сказано было вроде в шутку, но капитан смотрел на Павла Карелина с долей вызова. «Штуга», которую уничтожил экипаж Бакулина, до этого получила два попадания, свернуло набок пушку, горело масло. Такую легко добить. Но капитан не желал отдавать какому-то младшему лейтенанту свою победу.

Карелин отвернулся, а Евсеев согласно кивнул:

– Так точно, товарищ капитан.

Подошли четверо десантников с самодельными носилками и обратились к младшему лейтенанту:

– Мы забираем тело наводчика?

– Забирайте. Братская могила готова?

– Так точно. И ребята погибшие рядом лежат. Еще двоих из самоходки надо вытащить, когда она остынет.

– Ты, что ли, насчет похорон распорядился? – спросил Карелина капитан.

– Я, – коротко ответил Павел. – Командир десантной роты Александр Бобич занимается. Девять человек погибли.

– А у нас?

– Десантная рота в штат полка входит, так что все наши. С прошлой весны вместе воюем.

– Ты бы лучше позаботился насчет маскировки и готовности отразить немецкую контратаку. – Бакулин невольно повторил слова старого комбата Клычко.

– Мы этим и занимаемся. Я наводчика с утонувшей самоходки Евсееву передам. Не возражаете?

– Не возражаю. Вот это ты умеешь. Машины топить и с докладом к командиру полка вовремя подлезть.

Замечание было несправедливым.

Поэтому ходил почти год в старших лейтенантах, не напрашиваясь на капитанское звание. И получил наград не больше других комбатов, хотя имел на счету несколько подбитых немецких танков и самоходок, участвовал в рейдах и считался одним из лучших командиров в полку.

Два ордена Красной Звезды и две медали. Плюс четыре ранения. После одного едва оклемался, отлежав три месяца в госпитале.

Вскоре появился командир самоходно-артиллерийского полка Борис Прокофьевич Тюльков. С помощью саперов он вывел через полуразрушенную переправу бронетранспортер «скаут», который считался командирской машиной.

Подполковник Тюльков имел большой опыт, и командир корпуса запретил ему участвовать в атаках на самоходках с легкой броней.