Им меня не подчинить!

Шум воды скрывает легкие шаги, и Роб вздрагивает, когда она переступает порог душевой, врываясь в его личное пространство.

Он резко поворачивается к ней… и тут же замирает, а серые глаза, сейчас не скрытые за стеклами очков, жадно пробегаются по изгибам тела, задерживаясь на высокой груди.

– Илотилас?

– Здравствуй, Роберт, – Тили улыбается. – У нас отключили горячую воду, – он понимает, что предлог взят из воздуха, однако не подает виду, и продолжает стоять, возвышаясь над ней, даже не пытаясь прикрыться.

Хотя прикрывать такое – грешное дело! Пусть Тили и была далеко от места свидания Френка с брюнеткой, но поняла, что Роб совсем не уступает брату в размерах. И сейчас, под ее взглядом, этот самый размер начал наливаться кровью, увеличиваясь и вставая.

Однако не все так быстро. Повернувшись к стене лицом, Тили попросила:

– Не потрешь мне спинку?

Позади себя она услышала смешок… и ощутила, как намыленная губка действительно начала скользить по оголенной коже плеч, лопаток, поясницы и ягодиц.

Он решил поиграть?

Но это только еще больше распаляет.

Тили, упершись руками о стену почувствовала, как мыльная пена под уверенными мужскими руками смывается. Губка летит в сторону, вместо нее на коже оказываются широкие ладони. Они массируют, дразнят, ласкают.

Ладони скользят по спине, очерчивают округлость ягодиц… чтобы тут же перескочить вперед, к налившейся в томлении груди. Затвердевшие соски оказываются в захвате между большими и указательными пальцами, легко перекатывающих их, заставляя по телу девушки пробежаться мелкой дрожи.

Одной рукой лаская упругий холмик, второй Роб следует ниже, туда, где Тили ощущает начинающий разгораться пожар, туда, где она становится влажной далеко не из-за воды, поливающей их из душа.

Длинные пальцы, легко касаясь складок, ныряют внутрь, безошибочно находя сосредоточение ее женственности. Однако не спешат дарить столь желанную ласку. Лишь лениво поглаживают, заставляя из груди вырываться сбитому дыханию, а ногам самим по себе становиться шире, давая возможность для более смелого маневра.

Она хочет ощутить его в себе! Хотя бы пальцы! Пальцы, что так умело перебирают, словно играя на музыкальном инструменте.

И Роберт, о чудо, наконец внемлет ее мысленным просьбам, прижимаясь сзади вплотную, заставляя прочувствовать горячую плоть, упирающуюся в попку. Прижимаясь, и проникая пальцами в разгоряченное лоно.