Сталинградская метель

Английские коммандос и канадские пехотинцы действительно высадились на французские берега, но дальнейшего развития эта операция не получила из-за множества внезапно возникших трудностей. Потеряв один эсминец, тридцать три десантные баржи и около трех тысяч убитыми и пленными, британцы объявили своим союзникам о завершении операции.

Пролитая в Дьеппе кровь позволила Черчиллю бодрее разговаривать с советским лидером, объясняя ему причины, по которым Британия не может выполнить ранее взятые на себя обязательства перед союзником.

Разговор был тяжелым, стоил британскому премьеру много седых волос и нервов. Было выпито большое количество бренди, но Черчилль добился своего, и вопрос о втором фронте был перенесен на следующий год.

Проявляя твердость и упорство относительно высадки десанта во Францию, сэр Уинстон делал все возможное и невозможное для реализации другой десантной операции, которую начальники штабов назвали «Факелом». Суть её полностью совпадала с главной военной доктриной Британии – использовать английские войска исключительно для периферийных войн.

В войне с Наполеоном англичане сделали ставку на южный вариант действия, и, пока Наполеон сражался на полях России, герцог Веллингтон высадился в Испании. Когда военная удача отвернулась от французского императора и союзные войска вышли к Рейну, англичане не раньше и не позже вторглись на территорию Франции с юга.

Нечто подобное было разыграно в Первую мировую войну, и теперь Черчилль с упорством фанатика добивался высадки объединенных войск в Северной Африке, в Марокко и Алжире.

Сколько усилий стоило Уинстону убедить членов объединенных штабов поддержать этот вариант, история дипломатично умалчивает. Однако только с их помощью удалось заставить президента Рузвельта согласиться с этим вариантом высадки союзного десанта.

Черчилль усиленно держался руками и ногами за южный вариант действий не только из-за традиции британского оружия. Этот вариант не только раз и навсегда устранял возможность захвата Гитлером Египта и Суэцкого канала.

Он открывал перед английскими войсками широкое поле деятельности в делах Европы и в первую очередь в Греции, Италии и Югославии. В странах, где местные коммунисты имели серьезное влияние и, значит, представляли серьезную угрозу интересам английской короны в этом уголке мира. Британский имперский генеральный штаб уже подготовил предварительные наброски планов действий, и они были одобрены премьер-министром.