Сталинградская метель

Склонность армейской верхушки сдаться без боя американцам и готовность моряков сражаться до последнего проявилась в этот вечер 8 ноября, когда два британских эсминца попытались под покровом темноты прорвать боновое заграждение и захватить порт.

Бдительно несшие боевое дежурство расчеты прожекторов засекли корабли противника на подходе к гавани и подняли тревогу. В результате открытого огня береговыми батареями один из английских эсминцев получил попадания и, потеряв ход, был вынужден отвернуть.

Второй корабль смог прорвать заграждение и проникнуть в гавань.

Такая же картина была при высадке десанта в районе Орана. В одном месте французские войска оказали слабое сопротивление десанту, в другом сопротивления не было никакого, хотя генерал Бертье имел все возможности остановить противника, потерявшего девяносто процентов своих десантных средств из-за неправильного ими управления.

Единственными боевыми потерями со стороны кораблей союзной коалиции были два сторожевых корабля с морской пехотой США, попытавшихся проникнуть в гавань Орана. Шедший головным сторожевик «Хартланд» сразу после входа в гавань попал под огонь французских эсминцев и торпедного катера. Получив прямое попадание торпеды, он взорвался и затонул вместе со всем экипажем и десантом, находящимся на его борту.

Второй сторожевик «Уолли», несмотря на огонь противника, попытался приблизиться к пирсу и высадить на нем десант. Корабль был в тридцати метрах от пирса, когда угодивший в него снаряд вывел из строя машину, и сторожевик стал дрейфовать. От огня противника на нем начался пожар, а всех, кто пытался покинуть его палубу, срезали пулеметные очереди. Охваченный огнем, под непрерывным обстрелом, сторожевик продержался очень короткое время, а после прогремевшего на его борту взрыва затонул.

Столкнувшись со столь яростным сопротивлением, курирующий тему переговоров с американской стороны Джозеф Мэрфи вышел напрямую на адмирала Дарлана и уговорил его на капитуляцию перед Соединенными Штатами, а не перед Британией.

Адмирал, у которого вся семья находилась в Алжире, не стал проявлять сильного упорства в данном вопросе. Связавшись для очистки совести с маршалом Петеном, он приказал войскам сложить оружие.