Личный враг Геринга

 – Давай так. Я гарантирую, что Мыртова за столом не будет. Придешь?

– Приду. Только пригласите, пожалуйста, и Хренова.

– С удовольствием.

Бессонов пожал протянутую руку командира и, обходя группу все еще толпящихся летчиков, поспешил в сторону техзоны. Когда он подходил к своему самолету, там крутились несколько механиков и Хренов. Тот дурным голосом прокричал: «Смирно!» – и, грозно топая сапожищами, пошел навстречу. Бес прервал концерт, неожиданно обняв старшину и прошептав на ухо:

– Спасибо, дорогой Алексей Михайлович.

Когда тот отстранился, то увидел у всегда выдержанного и сухого друга в глазах слезы.

– Ты чего, Пал Григорьевич?

– Извини… Накатило… Просто я сегодня счастлив…

* * *

Эту картину наблюдали издали летчики. Курили, смеялись. Радовались хорошей погоде, удачному боевому вылету, молодости, наконец. Век бы так! Разговор у них был свой.

– Хлопцы, а чего Бес нас сторонится?

– Я бы тоже таких стрелков, как ты, обходил за километр, – высказал свою гипотезу комэск.

Летчики вокруг засмеялись.

– А он – три короткие очереди и три «мессера»! Я не то что такого не видел – не слышал о таком. А почему? Мы с вами стоим, готовимся к обеду, а он, гляди, уже к пулеметам с ключом полез…

– И то правда, айда, хлопцы, с няньками побалакаем.

– Камандыр, а кто Бесу глаз подбыл? – поинтересовался вдруг Мухамедов у Лукина.

– А тебе-то что?

– Нэ скажи. Тэпэр это очень мой дэло, – многозначительно протянул горячий кавказец.

* * *

Еще один не менее интересный разговор происходил в столовой.

– Девочки, у нас вечером праздник. Отмечаем четыре сбитых. Командир наказал приготовить еще два прибора, – заявила зав летной столовой пышнотелая Любовь Яковлевна, вернувшись с КП, куда ее вызывал командир.

– Это для кого? – поинтересовалась бойкая на язык Шурка.

– Для твоего… для твоего… Говорят, он три из четырех завалил. Вот тебе и доходяга! Вот тебе и «дед»!

– Какой он доходяга? – загорелась щеками кареглазая красавица, которая одним взглядом могла отшить любого ухажера.

– Откормить – дело нехитрое. А как насчет «деда»?

– Люба, «дедом» его никто, кроме тебя, не зовет.

– А как же?

– По позывному – «Бес»!

– Ну, тебе виднее, «дед» он или бес…

Дружно захихикали поварихи и официантки, потому как разговор велся на всю кухню и столовую, где каждый занимался своим делом, но за новостями следил строго.