Машина ужаса

Здесь я впервые увидел эти богатейшие месторождения нефти, которые теперь затмили собой начинающие иссякать бакинские источники.

Нефть стояла просто озерами, наполнявшими собой углубления почвы, насыщенной этой жидкостью на большую глубину, отсвечивавшей мутным жирным блеском и пропитавшей воздух на далекое расстояние своим запахом. Проводник из зырян, взятый нами с последней станции, рассказывал, что в нескольких зырянских и самоедских поселениях в этом крае туземцы просто ведрами черпают это горючее масло и жгут его в своих светильнях в избах и юртах.

– Чёрт возьми, вот так картина, – как-то промолвил созерцавший вместе со мной это зрелище мой спутник по экспедиции, которого я до сих пор почти не замечал в нашей пестрой компании, состоявшей из людей самых различных специальностей, национальностей и внешности. Тогда я впервые вгляделся в него пристальнее, и меня сразу поразили его глубокие голубые глаза, сиявшие таким ровным теплым светом, что от взгляда их становилось уютнее на душе.

– Да, – ответил я. – И удивительнее всего то, что сведения об этих богатствах давно были известны, и недостатка в работниках, веривших в судьбу края, не было, – и все же до сих пор все это лежало нетронутым.

– А вы думаете, что здесь богатые запасы?

– Наверное сказать не могу, но уже то, что мы видим, дает основание предполагать неисчерпаемые возможности.

– Вы, конечно, не ошибаетесь, – присоединился к нашему разговору высокий плотный человек в меховой шапке и сапогах-торбасах, которого я знал как старого нефтепромышленника, специалиста, ехавшего с нами в качестве эксперта.

В тоне его голоса послышалась усмешка, заставившая меня прислушаться.

– Вы говорите, как будто за этими словами прячете заднюю мысль, – сказал я.

– Какую там заднюю мысль, – просто вылезло наружу шило, которое так долго и, надо сказать, успешно прятали в мешке.

Я пропустил мимо ушей последнее замечание и попросил собеседника разъяснить его слова.

– Конечно, причина неиспользования до сих пор этих богатств лежала в невозможности преодолеть отсутствие путей сообщения. Ну, и лень наша российская этому помогла.

– Вы думаете – только? – хитро подмигнул глазом наш спутник.