Пограничник. #Враг неизвестен

– Разрешите и мне вылететь? – чуть раздосадовано сказал Константин, – Окажу ему посильную помощь.

– Не стоит, его там уже знают и, главное, Дохсун уже убедился в его безопасности для стаи. – Вадим поднял взгляд на Семёнова. – А это, сейчас, самое главное. Ты мне лучше вот что скажи, у вас с ней ссор не было? Может, она просто от тебя сбежала?

– Ильич, ну ты скажешь тоже… – надулся Костя, – Мы даже голос друг на друга не повышали…

– Ладно, не обижайся, я просто поинтересовался.

Максим толкнул его в спину и прошептал, так, чтобы его услышал только Костя:

– Я же говорил, что Пашу отправят – после чего подошёл к столу, где раньше сидел Гера и, включив компьютер, сел за него.

– Чего там секретничаете? – произнёс Вадим, глядя на пошатнувшегося от толчка подчинённого.

– Да, Макс сказал, что если и одобрите эту идею, то всё равно Пашку отправите, – потирая плечо ответил Костя, – И доводы те же самые привёл.

– Вот и ты выключай эмоции и думай головой, – улыбнулся Кириллов, – А то так и в беду попасть недолго, найдётся твоя…

Зазвонивший телефон заставил его прерваться на полуслове, Вадим поднял трубку и ответил.

– Что расселись? – произнёс Кириллов, положив трубку, – У нас срочный вызов. В бункере, где скрывался Ампиров, недавно срабатывали датчики движения…

– Почему мы? Может, БОМЖи погреться залезли, или мародёры в поисках цветмета. – спросил Костя, нехотя откладывая папку в сторону, – Пусть постовые съездят, посмотрят, что да как.

– После того, что там произошло, ни у кого нет желания туда заглядывать, поэтому, кроме нас, этого больше никто не сделает – ответил Кириллов, надевая пальто, – Все опасаются даже подходить к этому месту, а тут надо выяснить причину сработки.

– Думаете, что опять там упыри завелись? – спросил Максим, вставая с кресла и глядя в окно на затянутое тучами небо.

– А вот это нам и предстоит узнать.

Семёнов медленно поднялся из-за стола и вышел к стоящему в коридоре Максиму.

– И чего он ко мне придирается? – пробурчал он себе под нос, пока Соколов закрывал кабине.

– Никто к тебе не придирается, – произнёс Максим, положив ему на плечо руку, – Тебе надо либо уйти в отпуск, и там страдать, либо переключиться на работу.