Узоры на полотне

На секунду девушка задумалась и лихорадочно облизала губы:

– Насколько я помню, в справочнике, который мне попался в руки в библиотеке, было указано всего восемь или десять миров, известных мироходцев. А я за сегодняшнее утро успела увидеть, наверное, в два раза больше!

– Ты в порядке? – аккуратно уточнил Леонид, подходя ближе.

Девушка вытерла глаза:

– Извини. Просто… – она вздохнула, – очень тяжело понимать, что твой родной мир – какая-то глупость и что всё, что в нём было – глупо и бессмысленно до невозможности.

Больше всего на свете Леониду хотелось сделать шаг вперёд и обнять Эсте, но он не стал этого делать.

– Мой мир совершенно не лучше твоего, – заговорил Леонид мягким, успокаивающим тоном. – У нас на Земле тоже существует нечто похожее на ваше Алое Пламя, если я конечно правильно понял твой рассказ. И уже семьдесят лет все в моем мире живут на пороховой бочке, ожидая, что вот-вот всё рухнет в тартарары.

– Но ты сам сказал, что почувствовал, что мой мир умирает.

Леонид вспомнил брошенную автостраду – «Великий тракт», серое небо, чахлый, больной лес и ощущение близкой смерти, витающее в воздухе, и сквозь силу заставил себя улыбнуться:

– Я думаю ещё не всё потеряно. В конце концов, ты же для этого искала Эобару – чтобы попросить спасти свой мир.

Он замолчал на полуслове – Эсте немигающим взглядом смотрела на рубец на шее. Автоматически Леонид закрыл его ладонью.

– Прости… – девушка вздрогнула, словно пробуждаясь ото сна: – Просто… знаешь… та история, что рассказывал мне Дед в детстве – это сказка. А я боюсь верить в сказки. Я боюсь, что у нас ничего не получится или на деле всё окажется иным, не таким, как нам нужно – злым, жестоким, бессмысленным… – Эсте подняла руку, безмолвно прося Леонида не перебивать её: – Но, поверь, я честно стараюсь начать снова верить в сказки.

Эсте вновь улыбнулась – но на этот раз светло и совсем капельку игриво:

– Мне кажется, наши эксперименты стоит прекратить. Надо ехать дальше.

– Поехали, – согласился Леонид, внезапно осипшим голосом.

Чуть позже, на привале. у Леонида состоялся ещё один разговор. С самым, что ни на есть лучшим собеседником.