Эобара

Несмотря на то, что при его появлении разговоры становились тише, а люди, почтительно расступались, по ушам всё равно непрерывно били звуки города, его голос – хриплый, болтливый, никогда не умолкающий.

Этот голос пробивался сквозь склонённые в поклонах головы с грязными, блестящими волосами, сквозь бьющее прямо в ноздри зловоние немытых подмышек и изношенных башмаков, сквозь лица – толстые и тонкие, молодые и старые, одновременно такие разные, и при этом, в чём-то абсолютно одинаковые, похожие друг на друга, как две капли воды.

«Лучшие из лучших? Люди, спасённые из десятков умирающих миров?! Отребье. Просто отребье» – Читающий Вероятности шагал между прилавков, а люди перед ним, расходились в стороны, освобождая ему дорогу.

А ведь давным-давно он потратил много лет, объясняя другим ткачам, что жители города также, как и они обладают и разумом, и волей, и какими-никакими чувствами, и не являются бесплатным приложением к Мастерской.

Сейчас подобные мысли даже не могли вызвать на его лице улыбку.

Пекарня нашлась быстро. Но, стоило Читающему Вероятности бросить взгляд на прилавок, он почувствовал, как испаряется овладевшее им сумасшедшее желания, оставляя на своём месте только тоску и разочарования.

Нет, среди кренделей и пышущих жаром пирожков, лежала пара бубликов, ну или чего-то похожего на них, но…

Это были неправильные бублики, не имеющие отношения к тем, что он видел во сне.

«И ради этого ты покинул свои покои?! Ладно, раз пришёл, так возьми что-нибудь!»

Читающий Вероятности схватил первый попавшийся бублик и кинул мелкую монетку, с трудом найдённую в ящике стола, продавщице, бело-зелёной от страха.

Из горла женщины послышались какие-то спазматические звуки, вероятно, она пыталась сказать, что он может ничего ей не платить.

– Это – талисман на удачу, – непонятно зачем, сказал он продавщице и быстро, насколько позволяло колено, шмыгнул в какой-то проулок – на его счастье пустой и, благодаря, тени от высоких домов по обеим сторонам, достаточно прохладный.

Пройдя с десяток шагов, Читающий Вероятности остановился и растерянно посмотрел на бублик в своей руке, после чего, наморщив лоб, поднёс его ко рту.