Ключ Давида

Прозвучал сигнал отбоя, и Джордан понял, что пропустит не только день рождения матери, но и, скорее всего, следующий уикенд, который они с двоюродным братом и двумя девушками решили провести на реке Делавер в Нью Джерси. Рафтинг и прочая романтика на свежем воздухе откладывались на неопределенный срок.

* * *

Вечерний Иерусалим наполнялся народом. Люди выходили из домов, оживленно беседуя, в воздухе появился дух праздника. Темнело, становилось прохладнее. По освещенным улицам сновали такси. Из ресторанчиков выносили еще больше столов и стульев, пахло жареным мясом и восточными пряностями.

Высокий чернокожий парень, улыбаясь, протянул Джордану листовку с рекламой какого-то кафе. Играла музыка, открывались книжные лавки. Джордан поравнялся с шумным семейством, только что выплеснувшимся на улицу из подъезда обшарпанного четырехэтажного дома.

«Высокая худая женщина в платье с длинными рукавами, плотный мужчина пониже ростом в костюме и слегка помятой шляпе и трое детей от пяти до восьми лет», – механически отметил про себя Джордан.

Он никак не мог избавиться от привычки составлять описания случайных прохожих – во время тренинга, который он проходил в начале своей службы в ФБР, это было ежедневным заданием. Между тем, дети с криком понеслись вприпрыжку по тротуару, а мужчина, обращаясь к вертевшей головой по сторонам жене, громко заговорил по-русски с характерным местечковым акцентом:

– Давайте уже найдем какой-нибудь кошерный ресторанчик и таки поужинаем!

Рядом на площади торговцы торопливо разворачивали сувенирную ярмарку.

Туристы, переговариваясь на разных языках, уже толпились у прилавков с менорами, распятиями и свечами. Город будто едва проснулся после знойного дня, и его настоящая жизнь начиналась именно сейчас. Взглянув на часы, Джордан решил взять такси, чтобы не опоздать на встречу. Не успел он взмахнуть рукой, как рядом мгновенно притормозила желтая мазда.

Неразговорчивый бородатый таксист быстро свернул с заполненной машинами улицы.

Теперь они ехали по узким улочкам среди старых домов, и атмосфера праздника испарялась на глазах. Пока водитель ждал зеленого света на перекрестке, Джордан наблюдал за бедно одетой старушкой, которая, опираясь на палку, медленно передвигалась вдоль прилавков захудалого блошиного рынка. Поравнявшись с продавцом, она, что-то бормоча, протягивала руку. Продавец подавал старухе монетку, и она, кланяясь, брела дальше. Таксист нажал на газ.