Ключ Давида

Мы же все больше товарищи, камрады, значит. Вот если ты генерала нашего как-нибудь так назовешь, это будет нормально, вроде как международное сотрудничество, и так далее. А между собой мы Иванычи да Михалычи.

Игорек оказался не таким уж молчаливым. Всю дорогу до Управления он рассказывал истории из своей службы в горячих точках, больше напоминавшие сюжеты фильмов о Рэмбо. Валерий только иронически улыбался и хмыкал. Игорь легко прорывался через вполне серьезные пробки, не уступая лихостью остальным московским водителям.

Он несся по встречной, проезжал под знаки, находил только ему ведомые пути через дворы, заставлял открывать какие-то шлагбаумы… Пару раз их пытались остановить «дорожные полицейские», но высунутая в окно рука Валерия с раскрытой красной книжечкой заставляла их отступить.

– Ну, все, приехали, – неожиданно прервал он красочный рассказ Игоря о младшей жене афганского губернатора. Они подъехали к знаменитой на весь мир цитадели русских спецслужб – громадному дому на Лубянке.

Джордан вдруг вспомнил, как в первый свой приезд в Москву много лет назад они с дедом вышли из «Детского мира» с большущим плюшевым медведем и дед повел его на эту площадь, только тогда на ней еще возвышался памятник. Дед молчал, а Джордан нетерпеливо дергал его за руку, заглядывая в глаза. Он не понимал, почему они стоят на одном месте так долго и почему на глазах деда слезы, а его всегда добрый взгляд вдруг стал жестким и чужим. Потом дед глухо и невнятно, будто что-то сдавливало ему горло, сказал:

– Запомни это место.

Реки русской крови здесь пролились.

Конечно, ничего он тогда не запомнил. Но откуда тогда всплыла эта картинка сейчас, так ясно и четко, что он ощутил даже запах дедова табака, который тот долго разминал в своей трубке, прежде чем прикурить? Теперь ему предстояло войти туда, и он весь сжался внутри, как будто в эту минуту предавал своих замученных чекистами прадеда и прабабушку. С некоторым усилием он вернулся к реальности.

Дальше Джордан чувствовал себя уже в роли персонажа дешевого голливудского боевичка о КГБ. Пропуска, часовые навытяжку, коридоры, ковры, люстры – весь этот растиражированный набор штампов, оказывается, до сих пор существовал на самом деле.

Генерал принял их незамедлительно, прервав ради этого совещание. Джордан с интересом смотрел на людей, покидавших высокий кабинет. Все они были в гражданской одежде, с портфелями и папками.