Русь святая

Но я клянусь, верну за неё сполна деньгами. Вот возьми здесь полторы тысячи. Во сколько ты сам оцениваешь шкатулку?

Владимирский вспомнил, что о шкатулке говорил ординарец:

– Шкатулка была вся в каменьях. Но с другой стороны, дружбу разве купишь? Если ты считаешь что мне что-то должен, отдавай, если нет, мы с тобой квиты.

Князь какое-то время внимательно изучал Владимирского, затем произнёс:

– Узнаю своего Вольдемара. Значит меркантильный звон монет, не заглушит нашей старой дружбы?

– Именно. – Они пожали друг другу руки.

– Ну что же, тогда пойду по волочусь за госпожой Хващинской. Ты ж у нас герой, а то давай поспорим, кто раньше завладеет этой милой розой. – Князь задорно засмеялся.

– Даже и не подумаю, по мне война прикольней.

– Вижу. – Разочарованно согласился князь, собираясь уходить.

Но в этот момент пола палатки откинулась, и появился командующий войсками Генерал Гурко, со своими адъютантами.

– Здравствуйте братцы.– Приветствует командующий больных.

– Здравия желаем ваше превосходительство! – Ответили больные хором.

– Вот он герой наш. Как здоровье?

– Отлично, ваше превосходительство, генерал лейтенант!

– Ну что же? Дальнобойная артиллерия нас не беспокоит, благодарю за службу. Воздушный шар мы залатали, разведка донесла диспозицию врага, все как вы докладывали. – И генерал торжественно вручил саблю нашему герою, отделанную позолотой, на эфесе которой был орден святой Анны четвертой степени, выдававшийся только за военные заслуги, а именно за храбрость.

– Рад стараться ваше превосходительство.– Владимирский, хотевший взглянуть на вручённую ему саблю с орденом, встретился с потемневшем от зависти взглядом князя.

– Ну выздоравливай братец, и вы братцы тоже. – Так же неожиданно как вошёл, генерал вышел из палатки со своею свитою.

Владимирский сразу же засобирался, надевая постиранную и отглаженную военную форму. С ним засобирались и солдаты его взвода, идущие на поправку.

– Господа, что здесь такое происходит? – В палатке появился полковой врач Архипов, в сопровождении фон Клюге, и вольнонаёмной классной дамы, Веры Ильиничны, а так же всех курсисток, кроме обиженной школьницы.

– Господин военврач! Война! Честь. Долг. Разрешите откланяться. – И Владимирский картинно щёлкнул каблуками и даже боднул головой воздух.

– Экий вы неугомонный Владимир Владимирович. Ну уж, что с вами поделаешь, коль вы у нас герой.