Метаморф и инопланетяне

Но после нескольких попыток Мет понял, что это бесполезное занятие, так как подобных параллельных реальностей в Мироздании существуют многие миллиарды, и чтобы обыскать их все, потребуется вечность.

С тех пор прошло несколько веков, если измерять время человеческими мерками. Мет отдалился от людей и, приняв сущность медведя, начал вести одинокий образ жизни в лесной чаще, изредка посещая людские поселения, чтобы добыть себе нормальное пропитание… особенно весной. Ну не мог он привыкнуть к ежедневному медвежьему рациону… за исключением времени, когда приходила пора ягод и мёда.

Наконец, он проделал достаточно широкое отверстие и выбрался наружу.

Вот и сейчас Метаморф, ощутив зверский голод, (ведь впадал-то он в спячку, как самый настоящий медведь), решил податься поближе к людям. Пройдя несколько десятков километров по лесу, он выбрался на опушку и втянул ноздрями воздух. Где-то рядом было человеческое жилье. Отчётливо пахло свежеиспечённым хлебом, квасом и ещё чем-то неуловимым, но явно съедобным.

Желудок протестующе взревел, ощутив столь соблазнительные запахи. И медведь двинулся на них, словно сомнамбула.

Нюх привёл его на окраину какого-то города, окружённого высокой стеной, сделанной из тёмного непрозрачного стекла. Метаморф покачал своей большой косматой головой и начал меняться. Теперь он принял форму гигантского паука и быстро полез по стене, высота которой поражала даже его воображение. Края стены, казалось, скрывались в облаках.

Метаморф полз по гладкой поверхности несколько часов. Солнце уже начало садиться за горизонтом, когда передние лапы паука коснулись верха ограждения.

Задумчиво посмотрев вниз, Метаморф решил ускорить процесс преодоления преграды и начал отращивать себе крылья… вернее, сменил форму паука на тело летучей мыши. Хлопая кожистыми крыльями, он рваными кругами понёсся к земле.

К тому времени, когда крылатое существо достигло поверхности, уже наступила ночь.

Точнее, темнота была лишь по краям города, а центр человеческого поселения был освещен яркими фонарями и рекламными щитами, которые отражались от высоких стеклянных зданий тысячами мерцающих бликов. У Метаморфа зарябило в глазах от такого ослепительного разнообразия световых гамм стеклянного города.

Между домами суетились люди. Они, словно муравьи, беспорядочно сновали по узким улочкам, торопясь каждый по своим важным делам.