Пропавшая советская космическая миссия на Марс

– Приступаем к работе, коллеги, жду от вас результатов.

На столе Поршнева загорелась сигнальная лампа внутреннего телефона. Поршнев поднял трубку.

– Анатолий Иванович, запускаем ролики, Вы можете управлять просмотром со своей клавиатуры.

– Спасибо.

На центральной панели появился первый текстовой файл. Поршнев поправил клавиатуру и внимательно вслушался в сообщение Сокола Первого, не обращая внимания на субтитр, сопровождающие голос космонавта. Он прослушал сообщение раз, затем второй и третий. Речь командира экипажа была на хорошем русском языке, без акцента, в официальном стиле, принятом в среде советских космонавтов.

Многократный просмотр телевизионной картинки с борта космического корабля только укрепило убежденность Поршнева в правдивости, полученных от зарубежных коллег сообщений. На экране были советские космонавты в советских «трениках», с эмблемой, на которой узнается герб СССР.

Не слышно, к столу Поршнева подошел начальник ЦУПа и сел на свободное кресло, рядом с Поршневым.

– Анатолий Иванович, расскажи мне о происходящем, не торопясь, подробно, с комментариями и первичными выводами.

Поршнев рассказал поминутно все события этой ночи, начиная со звонка Роберта Джонса из НАСА, а затем запустил полученные от американцев радио и телевизионные сообщения экипажа «Соколов», принятые и обработанные специалистами НАСА.

– Твои впечатления об услышанном и увиденном, Анатолий Иванович.

– Очень реалистичные сообщения, Юрий Михайлович, все говорит о принадлежности экипажа нашей стране, извиняюсь Советскому Союзу – чистая русская речь, принятый в СССР стиль сообщений, поведение и экипировка членов экипажа. На левой груди комбинезона командира экипажа различима эмблема с гербом Советского Союза. Обратите внимание на прически членов экипажа, мужчины сильно «обросли», это явный признак длительного космического полета и сама картинка с борта напоминает оборудование российских космических станций с большим количеством тумблеров на стеновых панелях.

Поршнев запустил ролики, полученные от Европейского космического агентства.

Прослушав и просмотрев ролики, Юрий Михайлович сказал: «Комбинезон командира экипажа напоминает мне комбезы первых экипажей советских орбитальных станций, как и советские хлопчатобумажные майки и треники на членах экипажа».

– У меня вид экипажа вызывает схожие впечатления, – согласился Поршнев.