Гамак из паутины

Приведя одежду сына в надлежащий вид, Сима снисходительно – вот чего раньше за ней совсем не наблюдалось – посмотрела на мужа, который, заложа руки за спину, всё ещё затаптывал ковровые половики. Смерив пристальным взглядом его фигуру, Сима поднялась, сжала маленькую ладонь Жоржика и повернулась к хозяевам.

– Извините, но нам и в самом деле пора. Если позволите, мы в другой раз к вам заглянем.

Старики неуверенно, но в знак согласия – а иначе никак нельзя и воспитание не позволяло – вразнобой закивали.

Семейство Комковых удалилось.

Однако главный Комков, удаляясь, успел пообещать, что никогда больше «паршивый» порог этого дома не увидит… А вот чего такого в обозримом будущем не сможет увидеть удивлённый порог никто так и не успел расслышать – вопиющая несправедливость: кто-кто, а уж он-то и вовсе не при делах Входная дверь захлопнулась, надёжно оградив слух провожающих от вредного влияния забористого фольклора.

Анна Ивановна и Павел Германович не сразу пришли в себя.

Они почти успокоились, когда в довершение бед и волнений за их спинами в пустой комнате – конечно же, пустой? – прошло какое-то неясное волнение.

Инцидент с пружиной отошёл на второй план.

– Вы слышали, Пал Германович? – повернувшись к мужу, прошептала Анна Ивановна. Не мешкая, она заняла самую безопасную позицию, которая по старой привычке всегда оказывалась за спиной супруга.

Пал Германович медленно – да что же это сегодня происходит? – повернул голову и попытался рассмотреть что-либо в темноте комнаты, из которой явно доносились невозможные звуки: и музыка, и женский смех и, что казалось совсем уж непонятным, воинствующие кличи – под звон металла и грохот барабана.

– Тебе послышалось, Аннушка, – заверил Павел Германович, но тут же напомнил о молодых и шумных соседях, с недавнего времени проживавших на другой стороне улицы.

Говоря это, Павел Германович, странное дело, улыбался. Возможно, он вспомнил что-то весёлое – о чём никому не стал бы рассказывать.

Анна Ивановна внимательно, но с некоторым подозрением смотрела мужу прямо в глаза. Вот только подозрения не оправдались: глаза мужа оставались честными и правдивыми.

«Ну-ну…» – подумала Анна Ивановна. Нахмурив брови, она оставила некогда надёжное «укрытие» и решительным шагом направилась в расшумевшуюся комнату.