Закатное утро

Некоторое время она молчала, думая, наверное, с чего бы начать? Глеб стоял у окна, освещаемый праздничными лучами солнца.

– Роза, ты очень умная девочка, – произнесла наконец-то психолог. Она уселась рядом со мной. Резкий запах её духов сразу ударил в ноздри. – Я твой друг, – осторожно продолжала она.

– Нет, вы мой психолог, – резко поправила я её.

– Разве психолог не может быть другом? – она состроила удивлённое лицо.

Не получив ответа, она пересела на кресло, где совсем недавно задыхалась, извиваясь в конвульсиях.

– Давай поиграем в игру, – она подняла с пола чемоданчик и достала стопку бумаг, – Я буду показывать картинки, а ты будешь говорить, что ты на них видишь.

В ответ я хмыкнула, мне было неинтересно. Она показала мне первый лист с черной кляксой, похожую на цветок – лилию.

– Черное пятно, – недолго вглядываясь, ответила я.

– А это? – она показала следующий аналогичный рисунок, только теперь чёрное пятно напоминало черепаху.

– Пятно… Черное, – съязвила я.

– А это? – не обращая внимания на мои издевки, она продолжала доставать очередные листы с непонятными узорами.

– Это вы… – ответила я, смотря ей прямо в глаза. В её зрачках что-то дрогнуло, это пульс, который бился в теле из-за переполняющего её страха. Она нервно прикусила губу и указала на нарисованного Глеба:

– А это кто? – её руки дрожали, я это отчетливо видела.

– Он, – я указала на Глеба, который стоял у окна, скрепив руки за спиной, и, казалось, не обращал на нас никакого внимания.

Психолог уставилась в ту сторону куда я указала, но ничего кроме узорчатых занавесок и горшков с цветами она увидеть не смогла. На её лбу выступили крапинки пота. Она выудила из кармана смятый платок и вытерла лоб. В неё вселился неподдельный страх, который она тщательно пыталась скрыть, вновь потирая шею.

– Кто Он? – очень тихо спросила она.

Но больше у неё не получилось вытянуть из меня ни слова. Она ушла, разочарованная и подавленная.

Потом в нашем доме появился священник. Он всё расхаживал по комнатам, читая молитвы и держа в руках свечку. Глеба это веселило, и он ходил следом за ним, кривляясь и корча рожи. От этой клоунады я заливалась громким смехом, а родители, естественно, переживали. Да чего там. На них лица не было. Потом священник сообщил, что он изгнал всех злых духов из нашего дома и ушёл, взяв обещанную плату за проведённую работу. Мы с Глебом великодушно его проводили.