Гафур. Роман. Книга 2. Фантастика

Я определила расфокусировавшимся зрением, что по прежнему нахожусь у себя в комнате на вилле Ниэтель, а через распахнутое окно до меня доносятся чьи-то довольно громкие голоса. Кто-то с кем-то спорит… Мужчина и женщина. В мужском голосе я достаточно быстро определяю голос Алессандро. Женский? … Женский голос мне знаком. Я бы даже сказала, хорошо знаком. И он будит во мне… Нет, не воспоминания. Ностальгию. Да. Пока это только ностальгия! Но кто ее носительница? Мне не понятно! Я сейчас чувствую себя принцем Корвином, однажды очнувшимся в частной клинике…

Вяло, вяло, вяло и тягуче-претягуче, словно льющийся из банки липовый мёд, тянутся мгновения понимания ситуации.

Как тогда, в глубоком детстве… Был очень яркий солнечный день… Как сейчас… Мне… не помню уже. То ли десять лет, то ли двенадцать? … И этот мёд. Да, именно липовый, который моя бабуля наливает… моей маме. Вот она опрокидывает огромную трехлитровую банку и держит ее над… над чем? Ах, да. Над банкой поменьше. Ей очень трудно держать такую тяжесть на вытянутых руках. Но процесс уже пошел, и они обе смеются, а мед так еще и не… Когда же это было?…

– Не стой у меня на пути, самайн! – слышу я женский голос, который теперь почему-то содержит жесткие нотки. И этот голос очень, очень знаком. – Ты совсем такой же невыносимый, упрямый солдафон, как и Сарфат! Меня сюда вызвали не для того, чтобы жариться в этом знойном каменном колодце! —

Я бы, наверное, на месте Алессандро обиделась на такой явный «наезд». Но Алессандро не зря занимает свою должность при дворе Ниэтель!

– Пока она спит я вас к ней не пущу! – Спокойно, но решительно отвечает ей Алессандро.

«Так. Все! Пора вставать, собирать себя в кучку и приниматься наводить порядок. Пока никто не пострадал!» – Решаю я и неимоверным усилием воли заставляю себя сесть на кровати. Со все еще закрытыми глазами – «Все же, пора прекращать пьянство на ночь!» – Снова решаю я.

Наконец, глаза мне удается открыть. С неимоверными какими-то усилиями. На улице мужчина и женщина продолжают оживленно спорить, хоть уже и не на повышенных тонах.

– Ты в точности как твой отец! – Говорит женщина уже совершенно спокойно. – Только Торха рядом нет! —

– Мне все равно, что вы обо мне думаете! – Так же спокойно отвечает ей Алессандро.

«Торха?» – Вспоминаю я чье-то знакомое имя. И вдруг вспоминаю, что это собака такая. Очень большая и очень страшная собака! И что я когда-то от нее спасалась, от эт… А Сарфат ее приручил.