Новые эльфы. Избранный путь

Видимо, знак неудовольствия попал в какого-то чересчур любопытного дельфина, решившего поближе познакомиться с самоубийцами, отважившимися плавать в этих водах, и тот, обидевшись, ушел на глубину, громко хлопнув хвостом. – Дурак. Вот щас, чувствую, нахлебаемся последний раз в жизни.

– Не каркай, примета плохая. – Голос, донесшийся из-за спины, заставил сурового морского волка вздрогнуть и чисто рефлекторно сжаться. После чего он понял, что фраза, услышанная им, являлась не чем иным, как одним из сопутствующих эффектов открытия портала.

– Господин Каэль? – В голосе человека слышалось некоторое опасение. – То есть, извините, сотник? А вы-то здесь откуда? На берегу же вроде оставались в этот раз.

– Прибыл телепортом, – пожал плечами эльф с изукрашенным разноцветными татуировками лицом. – И, понятное дело, не один.

– Опа, – пробормотал второй моряк, практически брат-близнец первого, только без бороды и абсолютно лысый, провожая глазами хрупкую женскую фигурку, с немалым трудом удерживающуюся на высоких каблуках, слабо приспособленных для прогулки по палубе пытающегося спастись бегством кораблика. – Никак сама королева пожаловала.

– И не только она, – подтвердил его мысли Каэль, кивая на трех эльфиек, рассредоточившихся по палубе. Все они отличались не слишком высоким ростом, а одна оказалась практически девочкой.

– Да вашу дивизию! – Волны в очередной раз подкинули кораблик, а застрявший в щели между досками каблучок приказал долго жить. – Ну сейчас кто-то у меня огребет!

Женская фигурка воспарила над палубой и с злобной гримасой уставилась на догонявший их корабль. Первый из трех. Голову эльфийки медленно, но верно окутывало темно-зеленое сияние, источником которого являлась диадема на лбу.

– Хорошо хоть саму Кайлану не взяли, – поделился с подчиненными своими мыслями Каэль. – Властительница Ликаэль посмевших вызвать ее гнев просто прибьет, а чему могла бы научить ребенка вымещающая на ходячих трупах свой злобный нрав дроу, и подумать страшно. Хвала богам, что мы теперь в одном звании и она больше не может мне приказывать и безнаказанно оскорблять.