Школьный плен

Сидели они как-то в центре, образуя подобие круга. Все крайние парты оказались пусты.

Виктор ощутил себя чужаком на чьем-то семейном ужине. Но, в конце концов, его сюда затащили! Так пусть будет неловко им, а не наоборот.

– Здравствуйте! Я пришел проходить квест! Какое будет задание? – Заявил Коврин, как можно бодрее. Он расслабил одну ногу, чтобы скрыть металлическое напряжение.

– Здорова, дядя. На бутылку сядешь? – Хриплый пацанский голос.

Виктор вздрогнул. Даже для его тренированной психики это было весьма неожиданно.

Он подробнее осмотрел помещение и ужаснулся. На учительском месте сидела женщина в синем платье, опустив голову. Она подняла плечи, согнув спину. Похоже, что ее напугали или что похуже.

А вот хозяевами тут выступали они. Небольшая стайка подростков в простеньких джемперах и олимпийках, спортивных штанах и джинсах. Они сидели рядом, занимая центральные парты. У них были телефоны непонятной модели. Виднелись бутылки с пивом и другими напитками, были разбросаны карты.

Это все напоминало блатной сход матёрых уголовников.

Только вместо них оказались уменьшенные копии. Ещё без щетины на лице, но уже со злыми, тусклыми мордочками, готовые украсть все, что плохо лежит и избить каждого, кто криво идёт.

Коврин поджал губу. Ничего кроме отвращения к малолетней блатоте он не испытывал. Но с другой стороны, может это проверка? Все специально подстроено так, чтобы выбить из колеи.

– Бутылка – не табурет, уважаемый. Уроки учи, чтоб знать! Я сюда не лез так-то.

Вы сами меня звали. Говорите, какие расклады, – Коврин старался объясняться грубее, чтоб преодолеть «языковой барьер».

Один из отморозков встал со своего места. Он был небольшим, но крепким парнем. Глаза имели серый цвет, лицо было круглым. Хотя сам не отличался полнотой. Возможно, что всё ещё впереди. Стрижка под ежик с небольшим чупом. Коричневый свитер и дерганые движения. Обычный «придурок на шарнирах», возомнивший себя главарем. Но сам он так не думал.

Потому с усмешкой сказал:

– Ты что там кукарекаешь, гнида? Сейчас я тебе очко без масла развальцую!

– Ага, а я писюном по губам пошоркаю, – хихикнул один из напарников. Но остался сидеть за партой.

Несчастная учительница дрожала. Она желала лишь одного, чтобы эти твари забыли о ней. Пусть лучше издеваются над незнакомцем.

Коврин в отличие от нее, не спешил тушеваться. Его щеки налились краснотой. А глаза потемнели от злости.