Два Генриха

 – Что ж, продолжу, конечно, но не сейчас. Отправляйся дальше со своим оруженосцем, а я останусь здесь.

– Что же ты будешь делать один на дороге?

– Отдохну, я устал. А тебе, я вижу, не впервой драться. Сильная рука. Да и выглядишь ты – вылитый Геркулес.

– Ты тоже силен и столь же огромен, разве не так? А биться я привык, ты прав, да и как иначе стал бы я рыцарем?

– Не думал, что найдется боец сильнее меня. Выходит, ошибся.

– В нашем роду все такие.

– Откуда же ты?

– Из Швабии.

Рыцарь тем временем спешился, снял с луки седла походную суму, достал оттуда флягу и, усевшись на траву, сделал несколько глотков.

Потом, разложив перед собой нехитрые припасы, приступил к трапезе.

– Сеньор, неужели мы опять поедем? – заскулил Арни, недвусмысленно поглядывая на незнакомца с куриной ножкой и куском хлеба в руках. – Когда приедем в Сарбур – еще неизвестно, да и есть ли там харчевня – тоже вопрос. А между тем кишки у меня в животе уже затянули отходную. Не составить ли нам компанию этому путнику, ведь у нас в сумах тоже есть чем утолить голод.

Да и жажда… Разве вам не хочется пить? Это после стольких-то трудов?

И он красноречиво показал глазами на меч.

Ноэль поразмыслил, поглядел вперед на дорогу. Города не видно, похоже, до него еще далеко. Почему бы, в самом деле, не пообедать? Когда это они доберутся до харчевни, да и мало ли что еще может ожидать их в пути?

– Так и быть, – кивнул он, – присядем рядом с этим человеком и поддержим наши силы.

Он спешился и вдруг услышал, как Арни, подойдя ближе, потихоньку говорит ему, отвязывая тем временем походную суму:

– Сеньор, хочу сообщить вам нечто важное.

 – Он украдкой поглядел на путника, сидевшего к ним боком, и хихикнул в кулак: – Этот рыцарь, с которым вы только что дрались… Вы уж простите меня за прямоту, ей-богу, я не хочу обидеть ни вас, ни его, только чтоб мне провалиться на этом месте, если этот рыцарь…

– Ну! – наклонился к нему Ноэль. – Что ты хотел сказать? Да говори же!

Придвинувшись к нему еще ближе и вновь понижая голос, Арни прошептал:

– … Если это не женщина!

Молодой швабиец отпрянул в сторону, округлив глаза:

– В своем ли ты уме? Уж не перегрелся ли, вон солнце как запалило.

А может, тебе пришла на ум фея твоих ночных похождений? Хозяин гостиницы сказал, ты пришел поздно ночью.

– Я не перегрелся, и никакая фея мне на ум не пришла. Но пусть лопнут мои глаза, пусть ни крошки не окажется сегодня у меня во рту и ни глотка вина, если это не девица.