Казачья Молодость

Заметно поддалась «Книга для путешественников», но оставалось и много загадок в разделах геодезии, геологии. Там нужны специальные знания. Несколько легче давались «Основы жизни». Они показалась мне куда более доступной. И все это изучалось помимо учебной литературы. Может, покажется странным, но почему-то появилась потребность заново перелистать того же Добролюбова. Захотелось неспешно прочитать и понять, – что же там такого преступного из-за чего преследовали членов кружка? Прошли годы. Я набрался ума, общаясь с Учителем и Анной Борисовной.

Может пора пересмотреть свои взгляды той поры? Я заметно повзрослел с тех лет, вырос и духовно. Что-то произошло, возможно, и в моем мироощущении? Надо все же было понять то, что тогда принималось на веру.

Я взял его брошюру «Когда же придет настоящий день». Вручая эту скромную книжонку, АБ сказала мне тогда, что в ней можно найти ответы на вопросы «Что делать?» и «Кто виноват?». Словом все о, что волнует умы России сегодня. Я много размышлял над прочитанным, углубляясь, не спеша распутывал клубки замысловатых мыслей Добролюбова.

Пропускал, если заросли мыслей для меня, гимназиста, были непроходимыми. Но находил удовлетворение, когда выходил из зарослей на открытую поляну.

Вот за таким занятием меня однажды застал Петр. Он, как всегда вошел без стука. Я ему уже не раз напоминал, что он входит в чужое пространство. Но он при этом только ухмылялся – мол, это все мелочи жизни. Я ему и сейчас заметил:

– Может, ты оставишь свои жандармские привычки – входить без стука?

– А разве мы с тобою не друзья? А если так, то ты не прав.

Мало того, что Добролюбов, так рядом лежала вообще запрещенная книга «Овод».

Я попытался было убрать их со стола, но он остановил меня.

– А что это за книга?

– А! Эта… Да это книга о насекомых. Ты городской не знаешь – что такое овод? А это бич летом для скотины в станице. Это кровососы.– Я показал ему обложку, не выпуская книги из рук

– Овод! – прочитал Петр вслух.

Нельзя сказать, что я очень остерегался его, хотя знал, что он может ляпнуть об этом где угодно. Хотя я был уверен – он не глупый человек – что он не пойдет доносить на себя, что в доме полковника казачьего полка живет «якобинец». Так почему-то он – с какого-то времени – стал звать меня.

– Как видишь, читаю Добролюбова. Взял у АБ. Здесь заметки по повести Тургенева. Слышал? Не слыхал… Это классика нашей литературы.