Кристина

В доме было намного теплее, пахло жареными пирогами и берёзовыми дровами. Шумела работающая стиральная машинка, расположенная прямо на кухне возле раковины. На большой кирпичной печи стоял железный чайник, который вот-вот должен был закипеть.

– Меня зовут Кристина. Я работаю над книгой… – начала она, когда хозяйка заботливо предложила ей тапочки, пояснив, что полы в доме холодные.

– Меня Клавдия, – хозяйка старалась быть дружелюбной и гостеприимной, но в голосе всё чувствовалась некая отрешённость и недоверие.

Кристина заметила двух любопытно выглядывающих из-за угла ребятишек. Она помахала им, и те хихикая сразу спрятались. Потом она вспомнила, что сама приехала не с пустыми руками, и достала из пакета несколько упаковок со сладостями и передала их хозяйке. Та поблагодарила и отнесла гостинцы в кухню.

– Борис сейчас подойдёт. За углём вышел, – пояснила она, убирая закипевший чайник.

Кухонька, по-другому то и не назвать, размерам не превышала и четырёх квадратных метров, в которой разве что и умещалась электрическая печь, стол, стиральная машинка, тумба и два навесных шкафа.

А холодильник и микроволновая печь ютились в зале, возле небольшого телевизора. Короче, места было и впрямь мало.

Хозяйка добродушно усадила Кристину за стол на деревянный табурет с разноцветной вязанной накидкой, предложила чашку чая, и Крис согласилась. Прискакали двое маленьких детей, мальчик и девочка и Клавдия вручила им по горстке конфет. Через минуту на столе появился домашний ореховый торт.

Крис долго не решалась с чего начать беседу.

Разговаривать на подобные темы в диковинку. Крис решила достать блокнот с ручкой на случай, если разговор получится особенно интересным и её захочется что-нибудь записать. И это придавало ей всегда писательской уверенности, если в её руках была тетрадь или книга. Она сразу начинала ощущать себя важной персоной.

– А… Это давно случилось? – наконец-то нашлась Крис.

– Два с половиной года назад, – Клавдия нарезала торт и уселась за стол, немного нервничая.

– Авария?

– Да, Боря перевозил тюки сена в другой город. И… не справился с управлением, – было видно, как тяжело ей даются воспоминания, – Кабина всмятку, множественные переломы, сотрясение мозга, клиническая смерть и полгода комы, – женщина отвернулась, стряхнув кистью слёзы.

– Извините, что заставляю вас об этом вспоминать, – виновато вымолвила Крис, – Я понимаю, что вы чувствуете, – она убрала блокнот обратно в сумку, посчитав это сейчас неуместным.