Не от мира сего

С опаской повернул голову на напряженно-сдавленный, низкий, шепотный, монотонный голос. Рядом никого не было, лишь несколько худых котов сидели немного в стороне, наблюдая за процессом, с надеждой получить что-нибудь от улова.

Поплавок снова дёрнулся, и Воку вновь поглотила рыбалка. Он замер в ожидании глубокого заныривания поплавка.

– Ты что, глухой? – тот же голос заставил крупные мурашки пробежать по телу и моментально повернуть голову. Теперь, вместо котов там сидело четверо худощавых, обросших щетиной, растрёпанных захухрей, непонятно откуда то взявшихся.

– Нет, – растерянно ответил ему Вока.

– Что, нет? – проговорил писклявым и наглым голосом другой захухря.

– Нет – значит не глухой, – теперь уже спокойно и уверенно сказал Вока.

– Как мы заговорили, – ответил наглый пискля.

– Будя, Пень, успокойся уже, – послышался третий голос, ровный и какой то бесцветный.

– Так на что ловишь?

– На червя. А вам то что?

– Может мы тоже рыбачить пришли, – снова влез писклявый.

– Тоже мне, рыбаки без удочек, – съязвил Вока.

– Есть у нас удочка, – опять пропищал Пень.

– Где же она? Чего-то я не вижу.

– Ты не только глухой. Ты ещё к тому же и слепой. Она же у тебя в руках, – продолжал пищать Пень.

– Затухни, Пень,– настойчивее потребовал третий голос. – Не обращай внимание.

Вока подозрительно глянул на спросившего, однако представился:

– Вока.

– Вот это другое дело. Я – Штырь. Писклявый, как ты уже понял – Пень, сиплый – Хапуга. А молчуна Ломтём звать. Не против, мы рядом посидим?

– Сидите, мне то что, – не стал возражать Вока. Штырь присел рядом. Вока вытащил из воды удочку. Рыбы не было, червячка тоже.

– А что Вока, ты не из Желудёвки ли будешь? – спросил Штырь.

– Вроде да, – не очень уверенно ответил Вока.

– Почему "вроде"?

– А вы, с какой такой целью интересуетесь? – в ответ задал вопрос Вока.

– Да так, просто спросил – ответил Штырь и достал из кармана курительную трубку с чашей в виде черепа.

Увидев её, у Воки округлились глаза. Он слышал о таких.