Делион. По следам древней печати

Дурной сон. Я скоро проснусь».

– Флавиан.

Пастух начал мотать головой, пытаясь напрасно выкинуть из головы то, что ему сказал Рими. Но напрасно.

– Флавиан! – крикнул мальчик и вновь закашлялся кровью.

На этот раз ее было на порядок больше. Сетьюду стало стыдно, из-за того, что заставил раненного закричать и потратить может быть свои последние силы.

– Возьми их, заклинаю тебя Пантеоном Двенадцати, возьми их! – пастух видел, насколько серьезно к этому отнесся Рими. – Так хотел твой дядя!

«Хотел», – внезапно понял это Флавиан.

– А что с моим дядей? Где он? Что вообще случилось?

– Прости, – покачал головой Рими. – Но силы меня покидают. Возьми у меня в кармане его письмо. Бери печати. И седлай коней. Клепий сказал, что один из стражей должен быть неподалеку от границы Империи и Нозернхолла, в Рэвенфилде. Никому не доверяй, в Утворте есть те, кто следит за тобой. Не рассказывай никому про печати, иначе ты обречешь его на гибель. Никому…

Мальчик кивнул головой на свой карман. Дрожь Флавиана никак не унималась, и он своей трясущейся рукой достал из штанины бедняги письмо, скрепленное печатью в виде Двенадцатилучистого Колеса.

– Беги, в Рэвенфилд! – Рими отходил в иной мир и это было видно по его бледному лицу, нижняя часть которого была полностью в крови. – Бери печати и беги в Рэвенфилд, сейчас же! И никому не говори об этих камнях. Никому! Если печать попадет не в те руки, опасность нависнет над всем Делионом. Всякий, кто будет знать о них, будет подвержен смертельной опасности, как я или твой дядя…

… Когда матушка пришла, было уже поздно.

Голова умершего бедняги была на правом боку, тело уже начало холодеть, а Флавиан сидел в другом помещении. Он замкнулся в самом себе, не зная даже, с чего начать свои размышления. В его кармане покоилось два камня. Две печати. А в руках он держал послание от Клепия, и его взгляд был прикован к странной красной печати. Двенадцать лучей колеса – двенадцать богов, хранили дядины секреты, которые он захотелось рассказать племяннику.

Глава 2

Северяне холмов почитают весну праздником Первоплодия, как писал Велон, они сжигают чучело зимы и повсюду строят скульптуры из цветов, украшают свои дома дикими растениями. Хотя северяне давно приняли наших богов, но они чтут свои традиции и соблюдают то, что заповедовали им их праотцы и прадеды.

(с) Путеводитель по Делиону.

– Какова злость твоя! – раздался звонкий девичий голосок.

– Зима угрюмая! – ответил хор мужских голосов.