Ледяной меч. Фэнтези

– Пей, только не обмочись, а то и без того здесь стоит вонища, как на помойке, – проскрипел архимаг Эльтурус и провел рукой над пустой кружкой.

Посмотрев в кружку, Скунс обнаружил, что пиво вновь появилось как будто никуда и не исчезало.

– Ну ты даёшь, старик, прямо колдун какой-то, – произнёс тот и по быстрому схватил кружку в руку.

– Пей, кому сказал, и по-быстрому выкладывай свои новости, – произнёс Эльтурус.

Проходящий мимо их столика хозяин харчевни покосился на седого старика и, выругавшись, отвернулся.

– Эй, Хомяк, – крикнул Скунс, – подойди, есть разговор.

Просеменив на коротких ножках, тот плюхнулся рядом с рыжим парнем на стул. От такой жесткой посадки стул заскрипел, чуть не развалившись.

– Эй, там, прошу мебель не портить, – закричал Мордекай и погрозил в сторону троицы кулаком.

– Лучше принеси нам пиво, чем разоряться по пустякам, – огрызнулся толстяк в мятом костюме и поудобней умостился на скрипучем стуле.

– А плохо вам не будет, господин? – задал встречный вопрос старик и посмотрел на толстяка.

– Тогда никакого разговора, старик, – произнёс тот и хотел подняться.

Скунс, ухватив его за рукав, усадил обратно на стул.

– Не задирайся, Хомяк, будет тебе и пиво, и колбаса, – прошепелявил он беззубым ртом толстяку и, улыбнувшись, посмотрел на Эльтуруса.

– Без кружки хорошего пива говорить не буду, и не уговаривай, – насупившись, произнёс Хомяк.

– Мордекай, – крикнул Эльтурус, повернувшись к хозяину харчевни. – Принеси этим охламонам по кружке хорошего пива и прихвати что ни будь к нему.

– Вот это по-нашему, – произнёс толстяк и подморгнул Скунсу.

Промочив горло, опустошив сразу полкружки и кашлянув в кулак, Хомяк начал свой рассказ.

– Прогуливаясь неподалеку от таверны «Обжора», – начал было тот, и закрутил головой, словно опасаясь, что кто-нибудь его услышит, продолжил.

– Дальше, это я уже знаю, – перебил Эльтурус Хомяка и, посмотрев краем глаза на проходящего рядом с их столиком высокого худого как жердь старика, повернулся к собеседникам, упустил его из вида.

Сделав рукой пасы над головой толстяка, и бурча что-то себе под нос, худой старик, протиснувшись между столиками, направился к выходу.