Кроваво-красная луна – 2. Рождение ведьмака. Мистика

Что знаешь? – разливая остатки по стаканам, спросил Вадим.

– Колдун с ведьмой не поделили территорию и твою тетрадь, вот и передрались. Бабка Евдоха оказалась сильней, – беря стакан, произнёс кузнец. – А результат их битвы ты видел сам.

– Надо сходить на кладбище и проверить старуху, – чокаясь с другом, сказал Вадим.

– Проверим, только допьём, – сказал Ерёма и опрокинул содержимое стакана в рот. Крякнув, спросил:

– Ещё водка есть?

Вадим помотал головой, мол, нет, и тоже выпил. Ещё немного поговорив, они отправились на кладбище, чтобы проверить старуху, жива та или нет.

– Тетрадь у тебя с собой? – посмотрел на Вадима Еремей.

– Дома спрятал.

– Надо её отдать, а то ведьма ещё что-нибудь натворит.

– Я поговорю с ней, – поспешил Вадим за кузнецом.

Через пятнадцать минут, меся ногами грязь, они подошли к дому бабки Евдохи и, дождавшись ответа на стук в дверь, вошли. Та сидела за столом, а перед ней стояла догорающая чёрная свеча. Странный запах, ударивший вошедшим в нос, витал повсюду.

– Я тебя ждала, – посмотрела она на Вадима, – подумал насчёт тетради?

Кузнец взглянул на друга, но говорить ничего не стал.

– Подумал, – сказал Вадим, – но у меня есть одна просьба.

– Какая ещё просьба? – выкрикнула старуха.

– Я отдам тебе эту тетрадь…

– По доброй воле, – перебила его ведьма, – из рук в руки.

– Да, – повысил голос Вадим, – но с одним условием. Ты навсегда покинешь нашу деревню и больше никогда, я повторяю, никогда сюда не вернёшься.

– А если я обману?

– Тогда ты тоже сгоришь.

– Надо подумать, – произнесла ведьма. Но Вадим её перебил:

– Здесь тебе делать нечего. Бери тетрадь и уматывай по добру, по здорову из моей деревни… А то я применю другие меры.

– Не пугай, я пуганная.

– Я тебя не пугаю, ведьма! – выкрикнул Вадим в лицо старухе. – Через час придёшь за тетрадью, а вечером, чтобы тебя здесь не было. И не думай, что я шучу. – Он развернулся и вышел из дома, хлопнув на прощание дверью, да так сильно, что та чуть не слетела с петель.

– Всё, Ерёма, иди к себе, я потом приду, – произнёс на улице Вадим и зашагал к своему дому. – Надо подготовиться к встрече. – Кузнец, так и не проронив ни слова, поплёлся домой, временами поворачивая голову и поглядывая то на удаляющегося друга, то на дом бабки Евдохи.

Ровно через час, бабка не стучась, вошла в дом. Вадим её уже ждал, тетрадь лежала перед ним на столе:

– Проходи и садись.