Избранное-2019. II Всероссийский литературный конкурс о животных «РяДом»

И так он мечтает до тех пор, пока не сыграет в ящик, не успев удивиться, как же это так случилось. А потом начинаются разговоры: где же были друзья, почему не спасли, не уберегли, не остановили? А друзья были. Просто все забывают о том, что невозможно спасти того, кто спасаться не хочет…

– Вот, – Вадим вошёл в дом, принеся с собой облако морозного воздуха, и протянул бутылку коньяка, – помянем.

Они сели на кухне. Выпили. Вадим закурил.

– Такие дела, – вздохнул он.

– Какие такие? Вполне ожидаемые дела, – ответил Андрей.

– Это правда, – Вадим кивнул, – я давно был готов именно к такому повороту. Это было ясно ещё полгода назад. Он него только очки оставались, это был уже не человек.

– Да, – согласился Андрей, – но ведь мы могли ему помочь.

– А разве не помогали?

– Чем? Тем, что отвернулись от него? И я в первую очередь. Конечно, дружить там было уже не с кем. Но разве это может служить оправданием?

– Собираешься заниматься самобичеванием? – Вадим налил ещё вина, – Брось.

– Спиться? – Андрей отмахнулся. – Не говори ерунды.

– Почему? Всё так и есть, – сказал Вадим, – К тому же, ты помнишь, он всегда был не от мира сего. Вечно скрёб свои блюзы, как помешанный. И играть толком не умел. Давай, помянем.

Они выпили.

– На похороны пойдёшь? – спросил Вадим.

– Нет. Я съезжу к нему потом. Один. Или с тобой.

– Эх, – вздохнул Вадим, – бабёнку ему нужно было завести. Впрочем, он от них шарахался, как чёрт от ладана. А может, правильно делал, что шарахался? Женщина, это чёрные дыры в прямом и переносном смысле. Извини за грубый каламбур. Но ведь тоже, как шагнул за границу событий, сиречь по ту сторону чёрной дыры, считай – пропал. Разложишься на атомы. А соберешься ли потом, не известно. Их манящие одежды и есть горизонт событий.

– Ты противник физической близости?

– Нет, что ты. Близость это… Слова не подберу. В общем, ничего более привлекательного ни биология, ни физиология не придумали. Однако: лишь вечер настаёт, пылаю я сильней, чем светлячок. Но пламени тебе, наверное, не видно, и от того ты равнодушна.* Что ж, выпили, помянули. Пойду я, – вздохнул Вадим. – Тебе когда на работу?

– Завтра с утра.

Вадим покачал головой и ушёл. Андрей закурил.