Тело угрозы

Происходил этот разговор не в московском Капитолии, как можно было бы предположить, и уж подавно не на Лубянке, но в лимузине. Оппозиционер пригласил директора Службы из любезности: у генерала вдруг скис его служебный «мерс», что у машин этой марки случается, как все знают, достаточно редко. Во всяком случае, именно так это должно было выглядеть – и действительно выглядело – со стороны. Просто отъезжая от только что открытого памятника Рабле (ответное действие на открытие в Париже монумента Гоголя), на котором присутствовали больше половины видных политиков – все, кто в этот день находился в Москве, – глава оппозиции пригласил директора в свою машину.

Оба пассажира чувствовали себя достаточно непринужденно: в свое время работали в одной и той же конторе. Правда, потом пути их, казалось, разошлись. Не по их желанию, но в связи с политической необходимостью. Так что отношения их друг с другом, по сути, не изменились – только перешли на новый уровень, стали масштабнее, а значит – и ставки в игре, которой, как известно, и является жизнь, возросли намного.

– Так что слышно? – спросил оппозиционер, прекрасно понимавший, что «мерседес» тут ни при чем и не ломалось в нем ничего.

– Как здоровье? – вопросом же ответил директор.

– Вроде бы нет причин жаловаться. А что?

– Да вот информация пошла – ожидается грипп. Чуть ли не эпидемия.

Наблюдательный человек заметил бы, что эта новость серьезно озадачила главного оппозиционера.

– Уверен?

– Из первых рук. Главного эпидемиолога.

Имелся в виду, однако, начальник кремлевской охраны.

– Та-ак… И быстро она движется? Эпидемия?

– Ну, идет с Камчатки – так что дня за три доберется.

Услышь это медик – он только ухмыльнулся бы. Но оба разговаривавших оставались совершенно серьезными.

– Три дня… – пробормотал оппозиционер. – Такой, значит, поворот…

– Так что, – продолжил генерал, – если есть болезненные ощущения… я бы лично взял отпуск по здоровью – и на юг куда-нибудь. А вообще-то плохо ты бережешь здоровье последнее время.

– Ну, кабы знал бы, где упал бы, то соломки подостлал бы. Скажи: ты в приметы веришь? Веришь, конечно: к тебе вон и экстрасенсы ходят…

– Вреда от этого не вижу. А что?

Политик ответил не сразу, а перед тем, как заговорить, даже усмехнулся смущенно, что вовсе не было ему свойственно:

– Да лезут, понимаешь ли, в голову всякие нелепости, и чем больше о них думаешь – тем больше кажется, что это не такие уж несуразности.