Дверь с той стороны

– Ах, зеркальное изображение, – сказал физик доктор Функ, позевывая. – Да, конечно, может быть, виновата связь. Связь, связь. – Он помолчал. – А может быть, и не связь. Говорить с ним можно? Тогда спросите-ка его… Координаты ведь устанавливаются при помощи оптики, а не электроники? Вот и спросите, как устанавливались координаты и не происходило ли при этом чего-нибудь такого. Если оптика дает им нормальное изображение, значит, виновата аппаратура связи. Итак, вы поняли? Не было ли при ориентировке чего-то такого… неразумного.

– Капитан Устюг, как устанавливались координаты после выхода из сопространства?

– Ориентировались нормально: курсовая – с Полярной на Солнце, третья точка – Капелла.

– А четвертая? – спросил командор.

– Хорошая космическая практика, командор, рекомендует брать четвертую в случае сомнений. А у нас сомнений не было.

«Нахал», – подумал командор.

– Зато у нас есть. Уточните положение по четвертой.

– Есть, – ответил дисциплинированный капитан.

Четвертая нужная звезда оказалась вдруг совсем не в той стороне. Человек вошел в комнату через дверь, пошел прямо – к окну. Внизу, естественно, пол, наверху – потолок, а справа должен быть стенной шкаф. И вдруг оказывается, что стенной шкаф – эта самая четвертая звезда – оказался слева, а чтобы он снова был справа, потолку надо опуститься и лечь под ноги, а полу – вознестись над головой. Капитан с Луговым вертели и так и этак – не помогало.

– Словно мир перевернулся, – сказал капитан. – Что за… магия?

– Ну вот, – сказал доктор Функ. – При чем же тут связь? Решительно ни при чем.

– В чем же дело, доктор?

– В чем? – вдруг рассердился Функ. – Как – в чем? Почему вы это спрашиваете? – Он кричал фальцетом. – Они претерпели зеркальную инверсию! Весь корабль!

Он умолк. Командор ждал. Функ пожевал губами.

– Объяснение, насколько я могу судить, имеется одно: где-то там, в неизвестное нам время и в неизвестных условиях, вещество корабля и всего, что на нем находится, изменило знак.

– Так что теперь?.. – спросил командор после новой паузы. Он спросил тихо и, казалось, даже робко.

– Теперь они, вероятнее всего, состоят из антивещества, – буркнул Функ и отвернулся.

Молчание длилось минуты две. Потом командор спросил:

– Вам все ясно, диспетчер? Чего же вы ждете?

– Да, – сказал диспетчер неслышно, откашлялся и уже громко повторил: – Да. Все ясно.

– Действуйте.