Своя-чужая война

 – Как направить герцога по нужному нам пути? Кстати, как его зовут? А то все герцог да герцог.

– Бетт Закрома, герцог Морич, – проговорил молчавший до этого Дарек Щепа. – А его сына – Ванд Быстрый, но кроме как Торопыга его и не называют. Полностью уверен, что идея напасть на нас принадлежит именно ему. Отец стар, да и думает прежде всего о мошне, а война – это в первую очередь расходы, что ему как серпом по одному месту.

– Ясно, – кивнул Атей. – Ну, так что насчет идей?

– Есть одна, ваша светлость, – подал голос Пит Непоседа, который вместе с Дариной сидел с самого края стола и вполголоса о чем-то с ней беседовал.

– Отлично, – удовлетворенно кивнул Призрак, и его поддержали остальные. – Какой-бы ни был торопыга и дурак сын герцога, думаю, он не полезет через нее. Дарек, – повернулся он к главному «плащу».

– Есть, – подошел он ближе.

– А что молчишь?

– Князь, ты и не спрашивал, – пожал он плечами.

– Говори, спрашиваю.

– Моричцы стоят в трехдневном переходе от границы, – начал он. – Для наших воинов это дневной марш. В этом я успел лично убедиться, – под общий смех командиров ухмыльнулся тот, вспоминая марш до Урьяка, когда вечером казалось, что на следующее утро он уже не встанет. – Хорошо воинов обучают наши командиры.

– Это тебе не мелочь на базаре тырить по карманам, – самодовольно произнес Магус.

Дарек, прищурившись, посмотрел на него, потом подошел поближе, дружески хлопнул по плечу и, улыбаясь, сказал:

– Мелочь тоже надо уметь тырить, андеец, – развернулся и вернулся к князю, который еле сдерживал улыбку, потому что увидел то, что осталось незамеченным для остальных.

– Да что там уметь? – отмахнулся Своенравный.

– Твой? – кинул бывший ночник на стол полупустой кошель, в котором сиротливо звякнули несколько монет.

– Что? – раскрыв в изумлении глаза, начал хлопать себя по поясу воин. – Когда?

Народ радостно заржал.

– Дядька Магус, – захлебываясь смехом, спросила Тахере. – А что мошна-то тощая такая? На вдовушек спустил все?

– Цыц, пигалица, – под новую волну смеха строго посмотрел на нее воин, но вскоре тоже ржал, как стоялый жеребец.

– Мне нравится ваше настроение, друзья, – обвел всех взглядом князь.