Каракал

–Да, да, – тут же засуетилась девушка, под тихий шепот проводя ладошками по сломанной руке брата.

Банияте лучше всего удавалось плести заклинания земли, которые ей и позволили стать мастером вязи, во всех остальных направлениях она была крепким подмастерьем или, скорее всего, слабеньким бакалавром. Этого, конечно, не хватило бы для того, чтобы вылечить руку парню, но чтобы снять боль, ее знаний было достаточно.

–Спасибо, – благодарно кивнул Вагард. – А теперь прём отсюда, пока не упадем.

Сейчас весь бестиарий Сумеречных Земель будет здесь, привлеченный магией и кровью. И не рассчитывай, что этих трех туш хватит им надолго. Думаю, форы мы заимели всего на пару-тройку часов.

Несмотря на пессимистический настрой парня, фора оказалась даже больше. Заливая в себя укрепляющие, восстанавливающие и обезболивающие зелья, которых Вагард взял за Пелену с избытком, они бежали почти до самого утра. И когда поняли, что снадобья уже не справляются, были вынуждены остановиться на короткий привал, на котором девушка и стала жаловаться на то, что ее младший брат выпорол ее не ко времени.

–Болит? – видя, как на лице Вагарда периодически играют желваки от стиснутых челюстей, жалостливо спросила Банията.

–Угу.

–Выпей еще одно зелье.

–Не помогает, – покачал он головой. – На четверть часа максимум. Видимо, кость раздробило.

–Говорю же, давай подлечу и сразу побежим. Прорвемся, как ты говоришь.

–Тихо, – вдруг согнул он правую руку в локте, поднимая ладонь вверх.

 – Похоже, уже поздно.

И действительно, шум, который уловил Вагард и еще недавно бывший на грани слышимости, приближался с такой скоростью, что тех, кто его издавал, стоило ждать в любой момент. И это были явно не баркадары.

На противоположной стороне поляны вдруг раздался истошный визг, который также резко оборвался. А после этого последовал громкий хлопок. Точнее, даже взрыв. Банията помнила, так бывает, к примеру, когда в какой-нибудь валун поместить заклинание «разрыва».

Стоявшее там же дерево, которое было едва ли не самым высоким среди всех остальных, сначала накренилось, а потом с громким хрустом, ломая молодняк под собой и ветви соседних лесных великанов, стало падать.

Вагард и его сестра, как завороженные, смотрели на гибель исполина, который в течение не одной сотни лет сопротивлялся и ураганам, и лесным пожарам. Не поддавался древоточцам и червям, грызущим его корни.