Князь Кий

Сопел и молча посматривал из-под тяжёлых век на светлоголовых молодых русов и их седовласого отца.

Тур сплюнул в сердцах…

– Ничего от этого чучела не добьёмся… Собирайте, сыны мои милые, молодшую дружину! Пускай отроки садятся на коней и мчатся от рода к роду, от веси к веси! Пусть оповестят всех: держать наготове копья и луки, мечи и щиты – гунны близко!.. А мы сейчас принесём богам требу, завтра же поедем к князю Божедару на Родень – отвезём пленника и расскажем об опасности…

– Хорошо, отче, созовём дружину, – ответил Кий и обратился к Щеку: – Иди, брат, поднимай младших.

Пусть собираются к скале Световида.

Щек тряхнул кудрявым чубом и, не переспрашивая, отошёл в сторонку, заложил в рот пальцы, оглушительно засвистел. На этот сигнал отовсюду заспешили к нему отроки. Щек передал им наказ Кия, и те помчались собираться в путь.

– Сейчас будут, – сказал, возвращаясь, Щек. – Хлопцы мои быстры как ветер…

Тур одобрительно кивнул:

– А теперь воздадим требу Световиду и всем богам, чтобы благоволили к князю Добромиру и его родовичам, чтобы защитили его от смерти, а нас всех – от кровожадных гуннов… Хорив, возьми в повети ягнёнка – принеси к требищу! А тем временем и молодшая дружина соберётся к Световидовой скале…

Хорив быстро пошёл к повети, сплетённой из лозы и хвороста, обмазанных глиной.

Вскоре он вынес на плечах ягнёнка и направился к водопаду, где среди зарослей виднелись серые скалы.

Все двинулись за ним.

Световид – самый высокий деревянный идол – стоял на возвышении перед скалами, откуда открывался красивый вид на реку, на водопад и прибрежные поля и леса. Это был бог солнца – главный Полянский бог. Ему приносили в жертву быков, коров, овец, свиней, домашнюю или дикую живность, а в дни большой беды и всеобщего горя – и людей тоже. Перед идолом – тёмное от пролитой крови круглое каменное требище.

Родовичи остановились перед Световидом.

Здесь же собрались воины из молодшей дружины – подростки, которых Кий с братьями учили всему, что должны уметь настоящие мужи.

Их было ещё не много, – только те, кто находился поблизости. Другие подходили. В белых полотняных штанах и рубахах, загорелые, вихрастые, в постолах, а то и босые, они как-то незаметно, бесшумно появлялись из-за деревьев и кустов, становились полукругом позади старших родовичей.

Старейшина снял с плеч Хорива ягнёнка и положил на требище.