Князь Игорь. Витязи червлёных щитов

Степенно шествовали в церковные храмы богато одетые боярыни и купчихи в сопровождении дочек, детей, внуков, челяди, мчались вооружённые всадники, брели бабуси, играли в снежки дети, протягивали руки за милостыней нищие, торопился по своим делам трудовой люд…

Стража беспрепятственно пропустила боярина Славуту и его спутников в княжеские хоромы. Они вошли. Князья уже были там.

Славута поклонился. Самуил и Ждан тоже склонились в низком поклоне.

– Князь Святослав и князь Рюрик с княгинями, – шепнул купец Ждану.

У Ждана от такого богатства и блеска зарябило в глазах. Мог ли он подумать, что из вонючей вежи кочевника судьба вдруг перенесёт его в княжеские хоромы, что он, бывший кощий[30 - Кощий – раб, смерд, кочевник; от половецкого «кочи», «кощи» – кочевник.], половецкий раб, будет разговаривать с великими киевскими князьями?

Князья с родичами были готовы к выходу. Поблёскивала при свете свечей золотом и серебром парча, сверкали женские украшения, темнели, как кровь, княжеские корзна[31 - Корзно – верхняя одежда типа плаща.

Святослав и Рюрик стояли посреди хоромины. О чём-то говорили друг с другом. Святослав – высокий, важный, седовласый, с большим крючковатым носом, Рюрик – младший, черночубый, среднего роста, в чёрной бархатной одежде. Они разом замолчали и повернулись к Славуте.

Боярин рассказал о вторжении Кончака, а Самуил протянул письма переяславского князя Владимира. Прочитав их, князья переглянулись.

– Что будем делать, княже? – спросил Рюрик.

– Думаю, пора наказать Кончака. Слишком он занёсся… Надо проучить его, да и других ханов заодно, ведь они уже разорили всё Посулье, а вскоре и до Киева доберутся. Князь Владимир жалуется, что совсем обезлюдела переяславская окраина и люд обнищал…

– Правда, ему куда больше других от половцев достаётся.

– Думаю, должно немедленно собирать князей и выступать в поход, – твёрдо заявил Святослав.

– Я тоже так мыслю.

– Вот и хорошо. Призовём князей Ярослава, Игоря, Всеволода Трубчевского, Святослава Рыльского и, пока не растаяли снега, ударим на поганых!

– Я буду готов через три дня, – согласился Рюрик.

Святослав обратился к Самуилу и Ждану:

– Благодарю тебя, Самуил, и твоего спутника за такое важное известие. Не раз ты оказывал услуги мне и всей Русской земле – предупреждал о нападениях, выкупал полоняников, был моими глазами и ушами в далёкой Половецкой земле. За это я всегда признателен тебе, а ныне я возмещу твои убытки.