Черный призрак

– Но вы-то, профессор, надеюсь, не верите в эти суеверия?

– В суеверия я действительно не верю, но кто вам сказал, что дело в них? – Сергей Сергеевич неопределенно хмыкнул. – К несчастью, там все реально, без какой-то мистики, но этого не объяснить.

– А просто нельзя рассказать?

– Ваше поколение привыкло к тому, что в сегодняшней жизни все просто и ясно, а это не так – наш мир сложно устроен. В нем существует многое, о чем мало кто знает. А большинство ученых и вообще все эти явления отрицает, потому что они в их видение мира не укладываются.

– Зря вы так говорите, профессор, – поморщился я. – Не привыкло наше поколение к простоте. На дворе двадцать первый век: компьютеры, космос, сотовые телефоны, виртуальная реальность, ракеты, атомные бомбы – вот то, с чем приходится жить моему поколению. В ваше время все было намного проще, чем у нас. Вот скоро уже геном человека разгадают, тогда и узнаем, кто мы и откуда.

В конце этой речи мне очень захотелось пить, поэтому я подошел к колодцу с замшелым срубом. Опустил ведро, с трудом вытянул, ворочая тяжелый ворот с намотанной на него ржавой цепью.

– Неужели? – Сергей Сергеевич недоверчиво хмыкнул и почесал в затылке. – Насчет генома далеко не уверен, что кому-то удастся его разгадать, не та эта загадка – тайна жизни принадлежит богам, а они ее так просто не отдадут. Как космос пока для нас больше сказка, чем жизнь.

– Пуле?

– Ну, если хотите, на ядре. В мое время считали, что скоро построят огромную пушку, которая сможет выстрелить пустотелым ядром на Луну, а в ядре будут находиться люди. Идея ракеты происходит от этой идеи.

– Ну… – Я задумался и понял, что в принципе профессор прав. – А что вы можете предложить для освоения космоса, кроме полета, как вы сказали, на пуле?

– Я считаю, нужно искать другие варианты путешествия по мирам.

Я потянулся за ведром, чтобы попить холодной водички, но не успел, Сергей Сергеевич выбил его у меня из рук в длинном прыжке.

– Нельзя вам отсюда пить, юноша, опасно очень, сейчас принесу воду из дома, тогда и напьетесь.

– Почему? – просипел я. Мой голос меня не слушался. Неожиданно как-то это получилось. Снова испугался.