Быть человеком. Часть 3. Солнечный дом

За несколько дней Вовкина гитара, а Туз начал именно с неё, превратилась в эксклюзивный, многофункциональный инструмент.

Внутрь он напихал электросхем, на верхней деке над грифом прикрепил два аккуратненьких тумблера. Один для включения питания, другой для переключения на электровибратор, что создавало эффект игры на мандолине. Достаточно было один раз дёрнуть струну, а в ответ раздавалась продолжительная трель.

Деку с лицевой стороны он покрасил красным лаком. Под резонаторным отверстием, ниже грифа, прикрепил фигурную, выпиленную лобзиком из плекса пластину чёрного цвета, вывел через неё регуляторы звука и тембра, на которые одел обычные белые крышки от тюбиков с зубной пастой.

Под струны поставил два, им же изготовленные, звукоснимателя. Справа на обечайке вывел штекерное гнездо, через которое экранированным проводом, пропущенным внутри кембрика, инструмент подключался к усилителю.

Таким же образом преобразилась и Витькина гитара. Только её Туз выкрасил в чёрный цвет, а пластина под розеткой была уже белого цвета. И окантовочки по границам обечайки с деками беленькие сделал.

– Ну, ты мастер! – похвалил Витька – Ни дать, ни взять – фирма «Vox».

Бацу же на гитару он поставил только один звукосниматель под четыре оставленные басовые струны. Чтобы между ними было равномерное расстояние, пришлось выпилить из плекса и заменить верхний порожек.

Как выяснилось, звукосниматели Туз делал из наушников, которые без зазрения совести извлекались им из трубок в городских телефонных будках. Одна трубка – один наушник. На один звукосниматель требовалось три наушника, внутри которых, под крышкой, находилась катушка, состоящая из двух обвитых намоткой магнитов, расстояние между которыми как раз соответствовало промежутку между струнами.

Такие коробочки за копейки можно было купить в обычных хозяйственных магазинах. Они предназначались для монтирования кнопочных электрозвонков, устанавливаемых при входе в любую квартиру. В такую коробочку как раз помещались три электромагнитные катушки, а всё свободное пространство между ними, для жёсткости, Туз заливал парафином.