Быть человеком. Часть 3. Солнечный дом

– А ты шо-о? Такой смелый? Чи шо-о? – незнакомцы явно были в некотором замешательстве.

– Хочешь проверить? – спокойно, глядя прямо в глаза своему визави, спросил Валерка.

Витька с Вовкой, многозначительно переглянувшись, сделали шаг вперёд, встав по бокам, чуть позади задиристых оппонентов, готовые в любой момент прийти на помощь старшему брату. Валерка же сунул руку в карман и нащупал кастет, который, на всякий пожарный, всегда был под рукой, намеренно давая понять, что с ним такие номера не проходят.

– В другой раз, как-нибудь, – стушевались те и, обойдя Валерку с двух сторон, двинулись дальше. – Живите пока, ещё встретимся, – пригрозили они, чуть отойдя.

Валерка резко развернулся на месте, но они ускорили шаг и предпочли удалиться.

– Вот козлы! – в сердцах произнёс он. – И это в первый день. Всё настроение испортили! Везде одно и то же. Ладно, пошли уже!

Они прошлись тем же маршрутом, которым Вовка пробежался утром. Уже стемнело, включили иллюминацию, зажглись неоновые вывески магазинов.

Народу на улице заметно прибавилось. В основном, это была молодёжь. Подростки, целыми стаями, бесцельно бродили туда-сюда. И, что характерно, почти у каждого во рту торчала сигарета. Девчонки-школьницы, как правило парами, расфуфыренные и причепуренные, дефилировали с деловым видом из конца в конец, иногда переходя с одной стороны улицы на другую.

Проходя мимо магазина со светящейся витиеватой надписью «Струмок», что в переводе на русский означает «Ручеёк», братья увидели через широкое панорамное стекло целую стену автоматов с газировкой и решили зайти попить. Внутри топталось немало народу. В ассортименте был большой выбор газированных напитков и соков.

Валерка углядел, что один из автоматов был заправлен белым креплёным вином, по двадцать копеек за пятьдесят грамм. Он стал выгребать из карманов всё содержимое, выбирая нужные монетки. Набрав необходимое количество, он наполнил до краёв гранёный стакан и в несколько глотков опустошил его. Вовка налил себе крем-соды за три копейки, вкус которой он помнил ещё с Ужгорода.