Звезды во мраке

Смерть обоих была ужасна – их выбросили в космос без скафандра, и на этом инцидент посчитали исчерпанным, тем более что планета Астра согласилась за счет своих средств произвести ремонт заправки.

А Траст подправил Данькино досье, выбросив из него все, что связано с этой станцией, никто этого не заметил, или, если быть точнее, сделали вид, что ничего не произошло.

У всех секретных служб имелось свое досье на особо опасных граждан Вселенной, и Данька имел честь попасть во все, особенно после того, как выяснилось, что за малышом гоняется Гром – крупнейший политик, курировавший службы разведки и десанта.

Разведчикам позволили подменить Данькины файлы – Траст признавал, что не его умение помогло мальчику, а стечение обстоятельств. Секретные службы беспристрастно отмечали все, что происходило, но вмешивались только тогда, когда это начинало угрожать самим основам Империи.

Траста посадили в сверхсекретную тюрьму, в которой на каждом допросе спрашивали о мальчике и его отце, он бы погиб там, если бы его не вытащил Пирс.

С появлением малыша жизнь друзей сильно изменилась, теперь им постоянно что-то угрожало, у них возникли могущественные враги, о которых они раньше даже не подозревали. А сам Даниил почему-то всегда оказывался в тех местах, где появляться не стоило, встречался с теми людьми, которых следовало избегать, и из множества способов исправить ситуацию выбирал только те, которые ее ухудшали.

А когда Пирс прислал Трасту фотографию артефакта, за которым он направил Даньку, разведчик только вздохнул, увидев подтверждение своим мыслям, – все не просто, а здорово связано, и на одну большую беду у них стало больше.

Не зря они втроем слетаются на одну планету, и то, что туда летит десантный крейсер, не совпадение.

Десант и разведка редко оказывались вместе, такое обычно происходило тогда, когда на какой-то планете вдруг обнаруживалось нечто настолько опасное для людей, что просто оружием это было не решить – требовались мозги.

Вероятнее всего и из академии разведки уже вылетела комиссия опытных ученых, только доберутся они туда, как всегда, после того, как все разрешится.