Время Черной Луны

Степан присвистнул – ему был вручен «магический компас», позволявший отслеживать разыскиваемый объект, стоило лишь вложить внутрь частицу его волос или капельку крови.

– Он заряжен, так что не беспокойся – не убежит он от тебя…

Видать дело действительно очень серьезное – таких артефактов, как достоверно знал Глотов, на всю Священную Дружину был ровным счетом пять.

– А кто кстати пойдет в прикрытие? – осведомился Степан, вертя в руках медальон.

– Те же, кто и в прошлый раз…

– Что-о?! – взвился витязь, даже на миг забыв о невероятном известии.

Серый с Джахан? Ну нет уж – спасибо! Лучше я один пойду – как привык.

– Во-первых, не Серый с Джахан, а младший витязь Сергей и послушница Анастасия, – наставительно произнес пресвитер. А во-вторых – тебе все-таки придется работать с прикрытием.

– Да они… Да… Да помните, что они устроили прошлый раз?? – не находил слов Глотов.

– Помню, – пожал плечами, Никодим Никодимович и улыбнулся в бородку. Ну и что – все живы и здоровы, здание выполнено, и даже оборотни не предъявляли нам претензий.

А тут дело куда серьезнее, и зависит от него много больше, чем даже тебе кажется.

Витязь с трудом удержал непечатные выражения, готовые сорваться с языка.

– Послушай, дружище, – пресвитер стал вдруг серьезен. Я уже знаю что ты мне скажешь – что привык работать один, что женщинам в Дружине не место, и что прикрытие тебе не нужно вообще или нужно как зайцу…пятая нога. Я бы мог просто приказать тебе, не снисходя до объяснений.

Но я все же снизойду… Ты помнишь своего учителя – иеромонаха Романа – царствие ему небесное? Я тогда отпустил его без прикрытия, и до сих пор не могу себе простить.

Возразить Степану было нечего.

Его наставник и первый командир, витязь с сорокалетним стажем иеромонах Роман – в миру Петр Борисович Богородский, полгода назад глупо погиб, когда брал мелкого колдуна-сатаниста, которого угораздило действительно вызвать настоящегодемона, и даже заставить служить.

(Результат – задушенный в своей постели преподаватель информатики, поставивший двойку хроническому неучу, и угодившая в психушку девчонка, в свое время отказавшая прыщавому сопляку.)

Он все рассчитал верно – и то, что двадцатилетний хилый и подслеповатый студент колледжа не соперник ему, несмотря на годы крестящемуся пудовой гирей, и то что выродок рода людского последнее время почти всегда под кайфом.